"
"– Густафу, Иции и Гевене здесь проще, чем нам с Абрахамом и… тебе, – неожиданно произнес Гай, с которым они теперь шли плечо к плечу.
Хаджар лишь недоуменно изогнул бровь.
– Это место не принимает солдат, – Гай провел пальцами по своей маске. – уж не знаю почему, но так было всегда.
– Я не…
– Не люблю начинать новые знакомства со лжи, – перебил адепт. – так же, как портной сходу замечает в толпе другого портного, так и солдат всегда увидит в другом того, кого не миновала война.
Хаджар не стал спорить. Он ведь тоже смог легко определить в Абрахаме бывшего вояку.
Так что удивляться, если кто-то другой смог провернуть такой же трюк с ним.
– Я уже давно не солдат, – только и ответил Хаджар.
Гай повернулся к нему и чуть полуулыбнулся, что из-за его маски выглядело несколько неестественно.
– Бывших солдат не бывает, Хаджар. Да ты и сам это прекрасно знаешь, – Гай снова коснулся маски. Таких в любом городе можно было отыскать без всякого труда. Лицевые увечья, почему-то, были одной из самых распространённых травм.
– Если раз начал сражаться за что-то родное, то это тебя уже больше никогда не отпустит.
Хаджар никак не отреагировал. Философских бесед ему хватило и с Эйненом. Тем более одно дело, когда ты обсуждаешь подобные вопросы с другом, даже братом, и другое – с незнакомцем которому не доверишь даже край плаща подержать.
– Ну наконец-то… – вдруг выдохнул полулицый. – а я уж думал, никакого веселья сегодня не будет.
Гай вскинул кулак (Хаджар уже не раз убедился, что жест был не только интернациональный, но присущий всем расам) и отряд тут же замер.
Они стояли на перекрестке. Две, относительно узкие улицы, вливались в широкий проспект, идущий от самого порта и вглубь города.
И если три из четырех направления были прямыми, как стрела, то восточное загибалось за угол. Из-за скопления развалин, каких-то обломков и прочего каменного нагромождения, увидеть, что там происходит, не представлялось возможным.
– Кто? – только и спросил Абрахам.
– Не знаю, – покачал головой Гай, а затем добавил весьма недвусмысленным тоном.
– но чувствую.
Абрахам кивнул.
– Густаф, на изготовку. Иция, следи за тылом.
И ни одной шуточки на тему «тыла» так и не поступило. Чтобы не приближалось, но этого было достаточно, чтобы четыре адепты, двое из которых находились на грани становления Безымянными, почувствовали и угрозу.
Впрочем, вскоре её ощутил и Хаджар.
Из-за поворота вышел… самый обычный немертвый. Если последние вообще могут быть таковыми.
