Пол, я говорила тебе, что Миранда – настоящее сокровище?
– Думаю, обед уже почти готов, – сказала миссис Дрейк. В дверях появился один из поваров и кивнул ей. – Поправка: обед готов.
Мы собрались за длинным столом Дрейков в помпезной столовой; стулья и сервировку, предназначенные для Кимберли и Фелиции, уже оперативно убрали. На одном конце стола расположился мистер Дрейк, на другом – миссис Дрейк. Отем и Коннор сели с одной стороны, рядом с моей матерью и Полом; Джефферсон, Кассандра и я сидели с другой стороны.
Миссис Дрейк предложила всем взяться за руки, и мистер Дрейк прочел подобающую случаю молитву.
– Это было чудесно, дорогой, – сказала миссис Дрейк, когда он закончил. – А теперь, прошу, наслаждайтесь угощением, дорогие гости.
– Подождите, подождите, подождите! – запротестовала Ма.
Я весь напрягся."
"– Думаю, нам всем следует сказать, за что мы благодарны. Хорошо, я начну. О, нет-нет, я передумала. Хочу высказаться последней, потому что моя благодарность будет самая длинная.
Уэс, детка, почему бы тебе не начать?
Я вдохнул и выдохнул, стараясь не смотреть на Коннора – он обязательно принялся бы меня смешить. Мой взгляд остановился на Отем.
«Я благодарен за ее улыбку,
Хоть она предназначена и не мне».
Я кашлянул.
– Я благодарен за то, что все мы собрались здесь вместе, и спасибо мистеру и миссис Дрейк за то, что они нас пригласили.
«Красноречие – твое второе имя, Уэс Тёрнер».
Ма фыркнула.
– Не мог покрасивее сказать? Вспомнить только все те чудесные слова, которые ты пи…
– Эй, Коннор, почему бы тебе не продолжить? – сказал я.
Громко.
– Да, ага, конечно. – Коннор поерзал на стуле.
Он повернулся к Отем и взял ее за руку.
– Я благодарен за то, что эта потрясающая девушка рядом со мной. Спасибо, что ты рядом.
Он наклонился и нежно ее поцеловал.
– Я тоже благодарна за то, что я с тобой. И за то, что я здесь, со всеми вами. – Отем обвела взглядом всех собравшихся за столом, потом снова поглядела на Коннора. – Я благодарна, что ты не сдался, когда я твердила, что слишком занята, что у меня разбито сердце.
Я благодарна за твое чувство юмора, которое выручает меня, если мне хочется смеяться, и за твои стихи, от которых мне порой хочется плакать.
– Стихи? – переспросила Ма. – С каких это пор ты пишешь стихи, малыш Коннор?
Мои руки под столом сжались в кулаки.
– Это мое хобби, балуюсь на досуге, – сказал Коннор.
Мистер и миссис Дрейк обменялись взглядами, значения которых я не понял.
