Сам он был весь в кровавых брызгах, и, в данный момент, пытался стереть их со своей обнажённой груди, но только сильнее размазывал. Как зачарованная, я следила за его рукой, скользящей по мощным мышцам грудной клетки, и безумно хотела делать это же сама, своими руками. Мне вдруг захотелось ощутить под пальцами его кожу, гладить его грудь, и не только руками, но и языком. Я с трудом сглотнула, недоумевая, откуда вдруг возникли эти мысли, от которых что-то уже знакомо сладко сжалось под ложечкой, а кровь запульсировала в ушах.
– Не так-то легко, оказывается, сделать это в одиночку, до ещё и без нужных инструментов, – пробормотал Фрэнк, продолжая свои бесполезные попытки. Но, поняв, что делает только хуже, махнул рукой и поднял голову. – Ладно, попозже душ приму, он тут должен быть. Солнышко, что с тобой? У тебя жар? Ты вся красная?
Он шагнул ко мне, с тревогой прикоснулся тыльной стороной ладони ко лбу.
– Всё в порядке, – пробормотала я, испытывая огромное желание потереться об его руку, как кошка.
– Мне просто немного... жарко.
– Да? Я не чувствую, мне нормально, – он пожал плечами и протянул мне стакан. – Вот, Солнышко, я знаю, что это невкусно, но, пожалуйста, постарайся выпить до дна. Лучше бы, конечно, сделать переливание, но, если честно, я этого не умею делать. Даже если бы я и нашёл тут всё необходимое. Так что... Пожалуйста, до дна.
Я отложила брюки, взяла в руки стакан, поднесла ко рту и сделала осторожный глоток. Вкус крови был мне знаком – за своё долгое детство я пару раз разбивала нос до крови, так что сюрпризом это для меня не стало.
Да, невкусно, непривычно. Но я же не ради удовольствия! Но крайней мере – желудок мой не протестует, уже хорошо. Глубоко вдохнув и зажмурившись, я, не дыша, залпом выпила из стакана всю густую солёную жидкость. Какое-то время я ещё посидела с закрытыми глазами, прислушиваясь к своему желудку. К моему удивлению – никакого бунта. Я улыбнулась, довольная своим достижением, и услышала:
– Ты молодец, Солнышко.
А потом – звук рвущейся материи. В недоумении открыв глаза, я увидела, что Фрэнк держит в руках фиолетовые брюки, лишившиеся одной штанины.
– Думаю, так будет лучше, – пояснил он, видя мой удивлённый взгляд. – Ткань, конечно, совсем лёгкая, но даже она может причинить дискомфорт, если ляжет поверх повязки."
"Говоря это, он одним плавным движением натянул брюки мне на ноги, а потом и выше, приподняв меня, для чего ловко подхватил одной рукой.
