Всех, кто пытался с ним флиртовать, он отшил достаточно быстро, хотя и вежливо, и в последние недели поползновений в его сторону не совершалось.
– Она невысокая, худенькая, прямые, темно-русые волосы до плеч, очки. Большие светло-карие глаза, очень красивые, кстати, да и сама девочка очень миленькая, вот только очки и не особо удачная причёска это здорово скрывают. Эрик обратился к ней «Кэрол».
– Кэрол? – я задумалась и тут же поняла, о ком речь. – Кэрол Маклин. Она была на год младше, но на алгебре и тригонометрии училась с нашим классом – у неё по этим дисциплинам была ускоренная программа.
Я задумалась, вспоминая. Поскольку мы с Эриком действительно напоминали сиамских близнецов, я помнила оба раза, когда мы сталкивались с ней вне класса. Один раз это произошло буквально – Кэрол шла, уткнувшись в книгу и, споткнувшись о чью-то подставленную ногу, врезалась в Эрика. Он успел подхватить её и не дал упасть.
В другой раз она несла в руках стопку книг, когда какой-то парень шёл по коридору напролом, не заботясь о том, кого может задеть или толкнуть, и выбил книги у неё из рук, а потом пошёл дальше, похоже, даже не заметив этого.
Но, не пройдя и двух шагов, был остановлен твёрдой рукой Эрика, после чего был вынужден извиниться перед Кэрол и помочь ей собрать книги. С того самого первого дня в столовой все местные хулиганы трепетали перед Эриком и слушались его беспрекословно. Я помню, с каким восхищением смотрела Кэрол на Эрика в тот раз.
"
"Когда-то я читала, что у хищников тот, кто может схватить соперника за холку и тряхнуть, сразу же признаётся главным. Похоже, человеческая популяция не исключение, по крайней мере – в масштабе школы. С первого же дня за Эриком прочно закрепился статус альфа-самца, который никем не оспаривался. Авторитетом своим Эрик пользовался редко, обычно – чтобы вступиться за кого-то слабого. В каком-то смысле это был парадокс – практически вся школа была в курсе проблем Эрика со здоровьем, но это не помешало ему пользоваться всеобщим уважением.
Стоп! Проблемы со здоровьем? Я посмотрела на свою забинтованную ногу, вспомнила, как жутко выглядели раны совсем недавно, и сравнила с тем, как ощущаю их сейчас. Даже с учётом обезболивающего, которое, кстати, уже несколько «выветрилось», боль прошла слишком уж быстро.
– Фрэнк, я не понимаю... – пробормотала я.
