Мне стало стыдно – я поступила необдуманно, поддалась порыву, и вот к чему это привело. А Дэн это заметил! Точнее – он заметил реакцию Фрэнка, а не то, что её спровоцировало.
От этой мысли мне стало чуть-чуть легче. А остальные? Они заметили? Я осторожно огляделась.
Дядя Ричард и Эбби были погружены в свой личный кокон, не замечая ничего происходящего вокруг. Дуглас отстёгивал с ошейника щенка поводок, который так и болтался на нём всё это время. Роб оттирал с груди брызги крови. С обнажённой, широкой, мускулистой груди, на которую я взглянула мельком, совершенно не впечатлённая.
Ну, грудь и грудь, подумаешь, эка невидаль.
То ли дело – грудь Фрэнка! Ничего красивее я в жизни не видела.
– Ну, как? – услышала я голос Роба. Он смотрел на меня выжидающе, словно ребёнок, впервые состряпавший печенье и ожидающий одобрения родителей. Я взглянула на пустой стакан в своих руках. Надо же! За всеми этими мыслями я и не заметила, как выдула полный стакан крови. Невероятно. Но, видимо, я действительно привыкаю к её вкусу.
– Спасибо, Роб, было очень вкусно, – улыбнулась я парню, и он просиял. На самом деле я не заметила разницы, но почему бы не сделать Робу приятное. В конце концов, он дал мне свою кровь.
В этот момент открылась дверь, и оттуда вышел Коннор со связанным врачом на плече.
– Отнесу его к остальным, свою миссию он выполнил, больше ему тут делать нечего.
– А где Пирс? – поинтересовался Дуглас.
– Страдает над раненным, – хмыкнул Коннор. – Считает себя во всем виноватым. У меня такое чувство, что он готов забрать этого человека себе, в качестве домашнего любимца, уж больно трепетно к нему относится.
С этими словами он исчез в дверном проломе.
– Но разве можно делать человека домашним питомцем? – в шоке воскликнула я. – Фрэнк, у вас что, такое практикуется?
– Нет, конечно, – покачал он головой. – Коннор пошутил."
"– Наши женщины иногда брали на воспитание человеческих сироток, – вступил в разговор Ричард. Похоже, он всё же не настолько погрузился в их с Эбби мирок, чтобы не слышать, о чём говорят окружающие.
– Сами-то они иметь детей не могли. Но это было очень давно, когда наша семья была немногочисленной и жила в нашем старом фамильном поместье среди людей. В то время люди знали, что мы – особенные, но привыкли к нам, тогда мы ещё не скрывались. Вот в то время и бывало так, что в нашей семье воспитывались человеческие дети. Но это было очень давно и очень редко, а после переселения семьи в Америку не случалось ни разу.
