– Нет, Ники, конечно, я этого не сделаю, – покачал он головой. – Очень жаль, что он не может просто исцелять, не забирая боль себе. Хорошо бы он смог вылечить тебя. Но как бы я этого не хотел... Нет, я не сделаю подобной подлости.
В этот момент в «дверях» показался уже знакомый мне мужчина-гаргулья. Коннор, вспомнила я. На плече он нёс связанного человека в белом халате, а в другой руке у него был пакет с чем-то непонятным.
– Дед, я не понял, – немного недовольно проговорил он, приподнимая руку с пакетом.
– То вам нужно оборудование для переливания крови, то уже не нужно, то снова нужно. Вы уж определитесь, что ли! Кстати, вот вам врач, как заказывали.
– Нужно, Коннор, нужно, просто объект поменялся.
И Дэн ткнул пальцем в мужчину с перебинтованной рукой. Коннор спустил доктора на пол, и тут же раздался испуганный женский вскрик. Оглянувшись, я увидела, что Эбби прижалась лицом к груди дяди Ричарда, явно ища у него защиты. А тот покровительственно обнимая её одной рукой – в другой была тарелка с недоеденной кашей, – недовольно глядит на человека в белом халате.
– А можно его куда-нибудь убрать с глаз долой? – поинтересовался он. – Этот человек пугает мою Эбби.
– Без проблем, – пожал плечами Коннор, вновь закидывая испуганно оглядывающегося человека на плечо. – Как я понял, там есть ещё комнаты? – проговорил он, шагая к двери «кухни». – Вот там и расположимся. Я могу дать раненому свою кровь, если нужно.
Пирс, подхватив мужчину на руки, направился следом, бормоча:
– Хорошо, что бедняга спит.
Но когда-нибудь он всё же проснётся. Надеюсь, здесь есть хорошее обезболивающее.
После их ухода, дядя Ричард заворковал, поглаживая волосы Эбби.
– Всё, плохой дядя ушёл. Он никогда больше не причинит тебе вреда. И никто не причинит, клянусь. А теперь – доедай кашку, тебе нужно набираться сил.
Послушно оторвавшись от его груди, Эбби взялась за недоеденную кашу, а я задала-таки Дэну вопрос, который возник у меня, как только я сообразила, какая связь между Рэнди и Эриком.
Я даже задала этот вопрос самому Эрику, но ответ получить не успела.
– Дэн, Эрик ведь тоже гаргулья?
– Да, конечно, – он явно был удивлён моим вопросом. – Неужели у тебя возникли сомнения? Достаточно лишь взглянуть на него...
– Я не только глядела на него, я его трогала. Эрик горячий! Почему? Вы же все холодные. МЫ все холодные. А он горячий. Почему он такой... особенный?
– Эрик не особенный, Ники, он обычный. Обычный ребёнок.
