Он снова увеличил звук и прислушался. Шорох становился то громче, то тише, словно волны поднимались одна за другой, а потом исчезали. Он повернул рукоятку до упора. И тогда услышал. Это продлилось недолго, всего секунду.
Шепот.
Ему на память пришел старый транзисторный приемник в гостиной на вилле в Порто-Эрколе, тот самый, который они с друзьями из ватаги включали, чтобы перехватить послание от Дзено. В детстве эксперимент не удался, но теперь сравнение с тем, что происходило тогда, вогнало его в дрожь.
Однако шелест не повторился, помехи прекратились, и вернулись ноты Шопена.
Джербер заметил, что и Эва отошла от окна.
Как будто этой нереальной сцены никогда и не было.
Ничего странного не происходит, сказал он себе, вспомнив перегородку из гипсокартона. Наверняка всему найдется логическое объяснение.
Необъяснимой оставалась только эта девочка.
Если бы удалось понять, что в ней подлинно, а что рассчитано на то, чтобы привлечь его внимание, возможно, получилось бы ей помочь.
…Он говорил, что я – его королева…
Когда эти слова пришли ему на ум, Джербера осенило.
Эва обнаружила искреннюю эмоцию единственный раз: вспоминая отца.
…Он на небесах…
Именно ложь, которую внушили девочке, исключив этого человека из ее жизни, подсказала Джерберу, что он должен делать. Следуя уроку синьора Б., он взял мобильник и набрал номер Калиндри.
– Мне нужна от вас еще одна услуга, – заявил доктор. – Никак не связанная с поручением, которое я вам дал.
– Найти еще одного товарища по играм? – спросил частный сыщик с присущим ему безжалостным сарказмом.
– На этот раз задание будет посложнее, – предупредил Джербер.
39
Он ошибался. Выполнить такое поручение для Калиндри оказалось гораздо проще. Через час у Джербера уже был адрес. Улеститель детей упрекнул себя за то, что раньше об этом не подумал.
Арно, разбухший после недавних гроз, несся галопом между берегов, вставая на дыбы под Понте-Веккьо. Пьетро Джербер оставил реку за спиной и углубился в исторический центр. Пройдя палаццо Питти, оказался на улице Маджио, известной постройками эпохи Ренессанса, а еще тем, что эту улицу облюбовали флорентийские антиквары.
В витринах выставлялось роскошное собрание золоченых украшений, мебели, драгоценной керамики, рам, картин, люстр, изделий из редких камней.
Магазинчик, который интересовал психолога, располагался на самом углу и был не слишком заметен. Чтобы войти, следовало спуститься на пять ступенек вниз.
Джербер двинулся туда с проблеском надежды.
