- А, по-моему, Аля Алексеевна уже готова.
- Ты думаешь? – прищуриваюсь.
Она совершенно точно лучше знает мою жену.
- Да, сначала она будет отказываться, но будьте терпеливым, и она пойдет вам навстречу. Аля Алексеевна такая… она добрая. Она все прощает, даже там, где, казалось бы, прощения не стоит ждать.
- Она меня не простит.
- Вы не причиняли ей физическую боль. Все то, за что сажают в тюрьму.
Я усмехнулся. Наталья умела скрыла слова «изнасилование» и «избиение».
- Все остальное подлежит выравниванию. Вы должны быть терпеливым, ведь Аля - готова к прощению.
- Неужели?
- Аля говорит Богдану о вас самое хорошее. Я знаю, я все слышу.
Внутри разливается благодарность к Але как к матери моего ребенка.
- Она разговаривает с вами и соглашается на прогулки по лесу. И пусть каждый разговор приводит к конфликту, но после этого разговора она возвращается в дом и… оживает.
- Что мне нужно сделать, чтобы вернуть ее? Не как мать. А как жену. Ты знаешь, Наталья, что я не последний человек в этом городе.
Я не могу позволить себе ее отпустить – это не только моя прихоть. Она должна быть рядом, иначе… я не знаю, как буду без нее.
- Вам нужно забыть друг друга.
- Что?
- Забыть. Вычеркнуть друг друга из жизни - себя прежних, холодных, нелюбимых. Вас уже не спасти, Артем Ильясович.
- Все кончено? – подытожил я с мрачной улыбкой.
- Забудьте ее и позвольте ей забыть вас. Все кончено.
Я кивнул.
Другого выхода нет. Я не хотел смотреть правде в глаза, но в нашей истории не осталось ни одного светлого пятна.
Между нами с Алей все действительно кончено.
Глава 46."
"Наступил день, который стал неожиданностью для всех нас.
Я верила, что Руднев не причастен к смерти Вики. Не из добрых побуждений верю. Я просто знаю, что Руднев прямолинеен, и не в его правилах - скрывать жестокость. Он бы непременно выдал себя в разговоре со мной.
Сегодня Руднев взял меня с собой на похороны и поехал туда сам, чтобы его не обвинили в случившемся. Явиться на похороны бывшей жены он был обязан, иначе что подумают люди? Руднев Артем Ильясович не последний человек в городе.
Теперь – не последний.
Он прошел через ад, чтобы добиться такого положения, и протащил через ад меня. А теперь хочет взять меня в жены. Не на бумагах. Он всерьез взялся работать над нашими «отношениями».
«Наивный», - хотелось бы мне пошутить, но было не до смеха.
Сегодня первый дождливый день лета. И кроме огорчения по поводу пасмурного дня я не чувствовала ничего, даже боли от трагедии.
