Слова соболезнования прозвучали из его уст с неприкрытым злорадством. Глядя на самодовольные ужимки своего визави, я начинала верить в то, что он мог учинить столь мстительную выходку под воздействием своего эго.
– Дмитрий Александрович, я чувствую, что не зря обратилась к вам. Вы мне поможете. Ведь поможете? – уточнила я, преданно глядя в его прищуренные глаза.
– Вообще-то я очень редко сам берусь за такие дела, у меня для этого имеется полностью укомплектованный штат сотрудников. Честно говоря, мне хватает и административных проблем.
Но для вас, – Урюпин вновь покосился на мою сумку, – я готов сделать исключение. Вы спросите меня, почему? Я вам отвечу. Как только я вас увидел, сразу понял, что мы с вами едины по духу. Ну как же не помочь единомышленнице?
Так, и куда же, Дима, тебя понесло? То, что ты надеешься на мою благодарность, уже понятно. Но вот на какую? Ты то на мою сумку смотришь, будто оцениваешь, сколько в ней лежит денег. То на мои ноги…
– Дмитрий Александрович, так с чего мы с вами начнем? – провокационно осведомилась я.
– С составления заявления. – Урюпин положил передо мной чистый лист бумаги и ручку. – Итак, начнем с шапки…
– Диктуйте!
Написать заявление до конца нам не удалось, потому что у меня не было при себе кое-каких данных, а точнее, артикула товара и полного наименования магазина, в котором я приобрела полусапожки. Мы договорились с Дмитрием Александровичем, что во второй половине дня я зайду к нему вновь.
– В вашем случае нельзя терять ни одного дня, – подсказал председатель общественной организации, раздевая меня при этом своим прищуренным взглядом.
Я вышла из кабинета Урюпина со стойким чувством антипатии к этому человеку. Неприятный тип, очень неприятный! К тому же очень злопамятный. Ясно теперь, почему Валерия Юрьевна заподозрила его в преступлении. Если он когда-то пообещал отомстить своим бывшим компаньонам, то непременно сдержал бы слово. А вдруг он все-таки и сдержал его? Какой такой вопрос с большой «бородой» он сегодня довел до логического конца и наконец-то получил моральное удовлетворение? Хотелось предположить, что именно тот, которым я и занимаюсь, но я понимала, что нельзя впадать в субъективизм.
Нужны неопровержимые доказательства того, что Дмитрий Александрович причастен к похищению гроба с телом своего недруга. Как их раздобыть, я пока что не знала. Следующим пунктом моего плана была встреча с Кирьяновым.
* * *В кафе «Полиглот» я пришла позже Володьки. Он уже сидел за столом и вкушал борщ.
