Создавалось впечатление, что он обладает большим опытом либо в крючкотворстве, либо в мошенничестве, выбирайте сами, какое из этих слов лучше соответствует представлению об официально санкционированном правонарушении. А ведь у него была Деб, почти съевшая свои ногти и уже начавшая таранить пивные фуры. Не исключено, что парень оказывает на мою сестру дурное влияние, но меня устраивало то, что у нее появился еще один объект для упреков и весьма болезненных тычков кулаком. Я всегда готов уступить кому-нибудь на некоторое время право носить на теле синяки и ушибы.
Чацки немного постоял перед дверью и сделал какую-то запись. Затем он непостижимым образом — я не заметил, как это было сделано, — открыл замок и скользнул в дом.
— Вот дерьмо! — не затрудняя себя поиском более свежих выражений, прошипела Дебора. — Теперь вдобавок к владению наркотиком мы имеем незаконное вторжение в чужую собственность. Причем со взломом. Не удивлюсь, если после этого Кайл заставит меня угнать самолет.
— Я всегда мечтал увидеть Гавану.
— Две минуты! — коротко и жестко бросила она. — Затем я требую подмогу и иду вслед за ним.
Судя по тому, как ее рука дернулась к рации, прошли одна минута и пятьдесят девять секунд. Но в это мгновение дверь открылась, и из нее вышел Кайл. Он ненадолго задержался, чтобы сделать очередную запись, и вернулся в машину.
— Все, — объявил он, — едем домой.
— Дом пуст? — спросила Дебора.
— Хоть шаром покати. Ни полотенца, ни пустой банки из-под супа.
— И что же теперь? — поинтересовалась Дебора, переключая рычаг скоростей.
— Назад к плану А.
— И что, к дьяволу, означает этот план А?
— Он означает — терпение.
Итак, несмотря на отменный ланч и последовавший за ним весьма оригинальный шопинг, мы вернулись к тому, с чего начали. К ожиданию. Миновала еще одна типичная, а значит, унылая неделя. Создавалось впечатление, что сержант Доакс не оставит меня в покое до тех пор, пока не завершится мое превращение в обладающее пивным брюхом перманентное украшение дивана.
Мне не останется ничего, кроме как играть в «Висельника» с Коди и Астор, валять с ними дурака на дворе и демонстрировать до омерзения театральный поцелуй, чтобы ублажить своего преследователя.
Но вот в моем доме ночью раздался телефонный звонок. Это была ночь с воскресенья на понедельник, и мне предстояло отправиться на работу раньше, чем обычно. Винс Масука и я имели договор, и завтра наступала моя очередь забирать у булочника пончики.
