Последние два часа мы занимались нотариальным заверением права моей собственности на бабушкину квартиру. Когда все документы были подписаны, я попросила Ника и Арса отпустить Гришу. Мужчины были несогласны с моим решением, но я настояла. Я твёрдо решила, что насилия на сегодня достаточно…
Наверное, вернись мне бабушкина квартира неделю назад, я бы была вне себя от счастья, но сейчас почему-то я совсем ничего не чувствую… Жилплощадь, деньги, достаток и власть никогда не казались мне особенно привлекательными.
В отличии от Алисы, я никогда не стремилась к обогащению, а предпочитала тихое семейное счастье… Думала, что только любовь и взаимопонимание с близкими смогут сделать меня по-настоящему счастливой… Но сегодня я разочаровалась и в этой иллюзии.
Алиса… как больно мне было слышать признания Григория о ней. Единственная сестра, что как две капли воды похожа на меня внешне, решила выбросить меня из своей жизни самым варварским способом. После всего, что было, после всех неопровержимых доказательств, что добыли Дикари, я уже не могу верить в лучшее и продолжать оправдывать её.
Алиса предала меня. Жестоко наказала… Только я совершенно не представляю за что?!
Встаю под душ и подставляю лицо под горячие струи. Несмотря на заполняющие тесный санузел клубы пара, внутри всё равно как-то зябко. Вместо сердца – рваная рана, которая ноет от каждого воспоминания о детстве, юности и школьных годах за одной партой с сестрой."
"Мне хочется выть вслух от горечи и чувства преданности единственным человеком, которому, как мне казалось, я могла доверять и у кого могла искать защиту… Но в итоге защиту я нашла совсем в другом месте.
Там, где, наоборот, ожидала получить её меньше всего.
Дикари… Ещё одна головная боль. Сегодня впервые в жизни я почувствовала, что значит иметь рядом сильное мужское плечо. Мужчин, которых никогда не было в моей жизни… Тех, кто может защитить, позаботиться и решить все мои проблемы. Их помощь сегодня была просто неоценима! Вот только… я не могу не думать о причинах того, что сподвигло их помочь мне.
От этого тоже становится горько. Ведь Ник и Арс делают всё это только из чувства вины. Ими движет жалость ко мне, несчастной, поруганной девушке, с которой они обращались как с последней шлюхой…
Глупо думать, что я вызываю в них какие-то иные чувства. Хотя, наверное, там ещё есть кое-что. Думаю, похоть никуда не исчезла, просто теперь эти двое пытаются её сдерживать.
