Но сколько ещё они смогут противостоять своей природе? Или… что ещё более страшно, смогу ли противостоять им я?
Ужасно это признавать, но сейчас, чувствуя себя ужасно истощённой морально и физически мне хочется одного – забытья в их сильных мужских объятиях.
Хочется ощутить что-то настолько эмоционально сильное, чтобы это чувство перекрыло ноющую боль в груди. Мне страшно быть пустой, ненужной, одинокой… К своему стыду, сейчас мне хочется, чтобы они меня наполнили. Мне хочется хоть какого-то утешения…
Хочется и одновременно очень страшно уступить этой слабости.
Вдруг после этого мне станет ещё хуже? Ведь надеяться на то, что Дикари не бросят меня после того, как всё закончится более чем глупо… да и хочу ли я этого? Не знаю… Я уже ничего не знаю!
Выключаю воду и обматываюсь полотенцем.
Провожу рукой по запотевшему зеркалу. Вижу в отражении свой утомлённый взгляд и пылающие нездоровым румянцем щёки.
Тихо поворачиваю щеколду и выхожу в узкий коридор.
Из комнаты доносится тихий бубнёж телевизора.
Открываю дверь и вижу, что мои сумасшедшие Дикари… тихо спят по разным краям кровати.
Прохожу вперёд и смотрю на каждого из них. Душа разрывается от противоречивых чувств… Беру со стола пульт и выключаю допотопный телевизор. Щёлкаю выключателем света.
Всё к лучшему. Хорошо, что они отключились! Значит, я смогу пережить эту ночь, сохранив хотя бы остатки гордости!
Тихо, стараясь не нарушить их сон, забираюсь на кровать и ложусь между ними. Сердце бешено колотится в груди. В этой гробовой тишине, которая бывает только в небольших городах, и никогда не встречается в мегаполисах, я слышу мерное дыхание лежащих по бокам от меня мужчин.
Закрываю глаза, пытаясь расслабиться, но тут моей левой ладони внезапно касается палец Ника. Он медленно двигает ладонью по покрывалу и вскоре накрывает мою руку, слегка пожимая её.
Ступня Арса справа касается моей обнажённой ноги. Я задерживаю дыхание и только сейчас понимаю: они не спят.
Глава 52
Глава 52
Арс
Дотрагиваюсь до её нежной кожи.
Сперва касаюсь ноги, а потом подбираюсь к прохладным пальчикам. Лиза вздрагивает, но не делает попытку отодвинуться. Моё сердце начинает биться чаще. Быть может, шанс на прощение, всё же, есть?
Поворачиваюсь на бок и открываю глаза. Пташка лежит на спине, завёрнута в полотенце. Влажные волосы раскинуты. Пробивающиеся через окно лучи уличного фонаря выхватывают из темноты её милые черты: острый носик, подрагивающие ресницы и вздымающуюся от частых вдохов грудь.
