5
Мариана потянулась за пультом и включила примостившийся на микроволновке старенький, видавший виды портативный телевизор — одну из реликвий, оставшихся после Себастьяна. Тот купил телевизор, еще будучи студентом, чтобы по выходным смотреть крикет и регби во время приготовления обеда. Точнее, обед готовила Мариана, а Себастьян делал вид, что помогает.
Телевизор барахлил, и экран несколько раз мигнул, прежде чем возникло изображение. Мариана выбрала новостной канал ВВС.
Журналист средних лет вел репортаж с места происшествия, где-то на природе.
Уже смеркалось, и Мариана не могла толком разглядеть, где именно. Судя по всему, посреди какого-то поля или луга.
— …найдено в Кембридже, в заповеднике «Пэрэдайз», — вещал журналист. — С нами рядом находится человек, поднявший тревогу. Расскажите, пожалуйста, что произошло, — попросил он кого-то, стоявшего вне видимости.
Камера повернулась, и в кадре появился нервный коротышка лет шестидесяти с покрасневшим лицом. Он растерянно моргнул, словно от яркого света, и сбивчиво забормотал:
— Несколько часов назад… я, как обычно, выгуливал в «Пэрэдайзе» собаку… примерно в четыре… может, в четверть пятого или двадцать минут… Мы шли вдоль реки по тропинке… там берег такой болотистый… и вдруг… — Он запнулся, не закончив фразы, и заговорил снова: — Мой пес… убежал куда-то в траву и не возвращался, как я его ни звал.
Я подумал, что он погнался за какой-нибудь лисой или птицей, и пошел за ним. А там, у самой воды…
Мужчина как-то странно выпучил глаза.
Мариана прекрасно понимала, что означает такое выражение лица. «Увидел что-то ужасное, — промелькнуло у нее в голове. — Не хочу ничего слышать. Не хочу знать, что случилось».
— Там лежала девушка… лет двадцати, не старше… — Мужчина торопился, желая выговориться. — Волосы до плеч… кажется, рыжие… Вся в крови… все вокруг залито кровью…
Он умолк, и журналист задал наводящий вопрос:
— Ее убили?
— Да, ударили ножом… Много раз… Не могу сказать, сколько именно.
У нее было такое лицо… это ужасно… ее глаза… глаза распахнуты. Всё смотрят, смотрят…
Его голос сорвался, по щекам потекли слезы. «Он в шоке, — профессионально отметила его состояние Мариана. — Нельзя брать у него интервью. Кто-то должен это прекратить»."
"Видимо, осознав, что дело зашло слишком далеко, журналист закончил расспросы и снова возник в кадре.
— Последние новости из Кембриджа: полиция приступает к расследованию убийства.
