Но если он накладывает ей оружейные Знаки и они работают, то у Разумника очень неплохие способности. Может статься, от этих опричников я получу гораздо больше, чем рассчитывал.
Киж привлёк моё внимание, слегка толкнув под столом ногой, и одобрительно качнул головой.
— Вы мне подходите.
Опричники переглянулись, и Камбов перешёл к самому главному вопросу.
— Готовы послужить вам, Константин Платонович. Поклянёмся не предавать, работу делать честно, во всём слушаться. А денег мы хотим по пятьсот рублёв на брата.
Девица пискнула, и Камбов поправился:
— И на сестру тоже.
— Пятьсот? — мгновенно включился в разговор Бобров. — Не многовато ли будет?
Следующие полчаса они с жаром торговались. Размахивали руками, хлопали по столу ладонями, швыряли на пол шапки и матерно бранились. В конце концов сошлись на двухстах рублях в год на человека, мои харчи и премии за “горячие” дела.
Мы ударили по рукам. Светлячок расторопно принесла бутылку, разлила по рюмкам, и мы скрепили договор, выпив по маленькой.
— Это Дмитрий Иванович, — я указал на Кижа.
— Он отвечает у меня за безопасность. Его приказы обязательны, так же как мои.
Опричники оценивающе разглядывали Кижа, а мертвец холодно глянул на них и усмехнулся. На мгновение, не больше, сквозь его лицо проглянули кости черепа, а по комнате пролетело холодное могильное дыхание.
— Суров, — Куприян закашлялся, — у такого не забалуешь.
— Жду вас через три недели, как договорились.
— Злобино, да? Подле Мурома? — ещё раз уточнил Камбов.
— Верно.
— Будем, Константин Платонович, не сумлевайтесь.
Бобров выдал им небольшую сумму на дорогу, и мы двинулись к выходу. Уже возле двери я остановился — рядом с вешалкой стоял “огнебой”.
— Разумник, — позвал я и взял оружие в руки, — твоя работа?
— Моя, — подтвердил светловолосый орк и нахохлился.
Я провёл пальцами по металлу. Так-так, Знаки относительно чёткие, границы не размыты, рисовка грубовата, но лозой и я бы лучше не сделал. Магическая Печать на казённике с закрученным хвостом влево — стиль германской школы.
Только уже вполовину разряжена. Ещё немного, и придётся перерисовывать.
— Хорошо сделано.
Прежде чем отдать ему “огнебой”, я с усмешкой приложил к Печати ладонь и позвал Анубиса.
Разумник взял из моих рук ружьё, глянул на полностью заряженную Печать и удивлённо захлопал глазами. Довольный произведённым эффектом, я вышел из дома.
* * *
Назад я возвращался в отличном настроении. Даже плохая дорога, моросящий дождь и низкие тучи не могли его испортить.
