Поэтому многих честных людей стали тревожить по пустякам, и…
– Боюсь, граф, я не отношусь к числу тех, кто считает смерть пустяком, – парировала Амалия. – Да, расследование действительно было проведено. Но основную роль в нем играл присутствующий здесь инспектор Бриссон, в то время как я и мсье Видаль играли роль… только для отвода глаз.
Так как Амалия строго-настрого наказала Бриссону перед началом этого вечера ничего не говорить и ничему не удивляться, полицейский при последних словах баронессы ограничился тем, что принял важный вид и выпятил грудь.
– Сударыня, я не понимаю… – начал Раймон Обри.
Амалия раскрыла сумку и достала из нее блокнот, густо испещренный различными записями."
"– Сейчас поймете, сударь. Мсье Эттингер, вам удобно сидеть? Прекрасно. Мсье Невер, можете занять то кресло, которое поближе. Мсье Бриссон, оставайтесь у дверей. Итак, начнем. 2 июля 1911 года яхта Жозефа Рейнольдса «Любимая» отправилась в очередное плавание. На борту находилось семнадцать человек: матросы Гренье, Жерфо, Тенар, Корто, Делафосс, Шавийар и Буске, капитан Обри, здесь присутствующий, хозяева – мсье и мадам Рейнольдс, более известная как Женевьева Лантельм, кузен хозяина Ролан Буайе, актеры Шарль Морис и Ева Ларжильер, драматург Анри Невер, художник Леопольд Эттингер и двое слуг – Жюли Прео, ныне графиня де Сертан, и Андре Фонтане.
В ночь с 24 на 25 июля, когда яхта поднималась по Рейну, Женевьева Лантельм исчезла из своей каюты, и вскоре ее тело выловили из реки.
Под давлением могущественных друзей Рейнольдса немецкое следствие было вынуждено согласиться с версией, что имел место несчастный случай. Однако во Франции многие считали, что произошло убийство, и кто открыто, кто втихомолку обвинял мужа жертвы, который в свое время нажил немало врагов. Даже после смерти Женевьеву Лантельм не оставляли в покое – дважды ее склеп пытались ограбить, оба раза безуспешно. Прошло десять лет, и мсье Дюперрон, здесь присутствующий, решил все-таки разобраться, что именно случилось в ту роковую июльскую ночь.
Но едва началось расследование, некто принялся убивать свидетелей тех событий, коих и так осталось не слишком много. Однако, несмотря на трудности, с которыми мне пришлось столкнуться, я вскоре сделала поразительное открытие: дамы и господа, на яхте находился восемнадцатый человек. В ночь, когда была убита Женевьева Лантельм, этот человек прятался в большом шкафу, наподобие того, который вы видите здесь.
