Мокрая, потная. Черт, чувствую, что заводиться начинаю. Когда к Архиповой подлетает здоровый бугай и начинает тискать, мне срывает мне планку. В ушах ревет, пульс бешеный. Убить готов.
Раз эта девочка ищет с кем пообжиматься, почему бы не использовать, раз сама в руки приплыла? Почти уверен, что она это подстроила. Все еще надеется с помощью красивого молодого тела отмазаться от уголовки. Окей. Я почти готов на это пойти. Она сделала ход и не прогадала. Поймала меня на сексуальный интерес. Признаю свое поражение.
Готов платить по счетам.
Раздражает, что все еще хватается за козырь невинности, когда пора перестать. Может она и сохранилась целкой, но ни о чем не говорит. Всякое бывает. Может, ртом работала. Смотришь на ее губы и только о минете думать можешь.
Расширенные зрачки, припухшие губы, влажное лицо. Умоляющий взгляд. Продолжает строить из себя, бормочет о парне.
Конечно, у нее есть хахаль и не один. С такой внешностью по-другому быть не может. А вот то что ее парень сидит по ту сторону зеркала в моем кабинете, куда я свою жертву затащил — сюрприз.
Так на что ты готова пойти девочка?
Не успокоюсь, пока не проверю.
Я на пределе. Брюки тесны, член до боли давит на ширинку. Мне нравится наш диалог, нравится испытывать Архипову на прочность. Извращенное наслаждение говорить ей похабные вещи о сексе. Хватать рукой за шею. Смотреть в ее идеальное лицо, на котором паника. Все это заводит.
— Не надоело изображать невинность? Хватит игр, — шепчу ей в губы, моя ладонь соскальзывает с шеи, перемещается в декольте, находит набухший сосок и начинает теребить его.
Трясется, всхлипывает. Отличная игра. Это бесит меня все больше. Ты ведь хочешь меня, потому и пришла. Знала, на что идешь и чем рискуешь. Мне уже не интересны игры, интриги. Могу только об одном думать.
Девчонка умудряется выбежать за дверь, еще больше распаляя погоней.
В этом клубе у меня есть личная комната. Если приспичит развлечься с любовницей."
"Она все еще пытается сопротивляться, но уже вяло. Не обращаю внимания на ее бессвязное бормотание, лишь снова и снова сжимаю ее груди, перекатываю между пальцами соски, лаская, причиняя боль — даже не задумываюсь об этом.
Мне хочется быть грубым с ней. Как ни с кем другим. Она вызывает во мне почти жестокость. Никто и никогда не рождал во мне настолько диких эмоций.
Прикусываю сосок и тут же зализываю нежно.
— Тсс, прости, малыш. Ты такая сладкая, я не смог устоять. Втягиваю в рот сосок, заставляя ее тело выгнуться дугой.
