Остается лишь вопрос, кто этот ""кто-то"". Лой Кратонг мы празднуем в большой компании. Там будет и пара новых замов комиссара Бангкокской полиции, обещался быть и сам комиссар. Так что, если хочешь, приезжай. Я тебя познакомлю с нужными людьми. Тебе не составит труда вывести их на разговор.
— Я принял к сведению, — как-то очень ровно отреагировал Барретт, но в принципе он всегда так реагировал. — Это всё?
Повисло молчание. То ли Марта ожидала другой реакции, то ли готовилась рассказать следующую порцию фактов. Про себя же я отметила — пока никакого ""криминала"" я ей не могла поставить в вину — она искренне пыталась помочь Барретту, как и обещала.
— Не совсем, — внезапно перешла Марта на другой тон, и я очень пожалела, что мне из моего укрытия ничего не видно. — Я помню, что у тебя второго ноября был день рождения…
И я прикусила щеку от досады, что не удосужилась спросить у Лата дату рождения Ричарда, и теперь вынуждена была слушать, как его поздравляет другая женщина, а не я. Наряду с кольнувшей сердце ревностью было и удивление об осведомленности Марты относительно Ричарда.
""Они знакомы несколько лет, почему бы ей и не знать"", — попыталась я успокоить свою подозрительность.
— Я не отмечаю. Ты знаешь.
— Я помню, что твоим увлечением всегда было холодное оружие… — будто не услышав, продолжала Марта. — Вот… Это Лавлесс. Один из самых раритетных.
И опять мои брови поползли вверх от удивления, а мои эмоции были сейчас больше похожи на клубок из ревности и негодования. Марта знает об увлечениях Ричарда?
— Хорош, — наконец ответил Барретт.
— Я позволила себе украсить рукоять. Это скорпионье жало.
Последовала пауза и короткий вопрос Барретта:
— Какова цель, Марта?
— Нет никакой цели, Ричард. Я твой друг, всегда была на твоей стороне и хочу, чтобы ты об этом помнил. А мой маленький подарок — знак благодарности за ужин и приятные воспоминания. Не ищи в этом смысла.
— Ты неверно истолковала нашу встречу.
— Это я уже поняла, — усмехнулась она. — Признаюсь, не ожидала, что мой бизнес и ситуация кризиса станет объектом твоего интереса.
— Я не скрывал этот факт.
— Нет, не скрывал. Но ты был таким… — и она замолчала, подбирая определение.
— Я был и остаюсь прежним.
— Верно… Прежним, — эхом повторила она. — Будто мы сидели с тобой, не в ресторане, а на моей крошечной кухне, ели пад-тай руками и запивали его ""Синга"".
Услышав ее слова, я застыла, а мое сердце ухнуло вниз, то ли от неожиданности, то ли от удивления, то ли от боли.
