Думаю, самая ценная информация на сегодняшний момент — это данные о Барретте. Макс оставлял девушку одну в своем кабинете, пока ходил за стаканами, этого было достаточно, чтобы она могла проверить планшетник и даже сохранить информацию на флэшку или телефон. Далее: он повел ее на экскурсию в серверную и по этажу, уверена, тоже ""из большой любви к искусству"". Не удивлюсь, если она и там поработала, поставив какие-нибудь жучки для записи информации. Если мои выводы верны — значит Стелла и есть тот предатель, которого завербовал враг.
Надо отдать должное этой девушке — на дне рождения она красиво изображала любовь к Максу. И чувственный взгляд, и блеск в глазах, и румянец на лице.
Теперь Макс: он не мог просто так провести Стеллу на свой уровень и дать доступ к серверной и другим данным — это выглядело бы слишком подозрительным для девушки и могло ее спугнуть. Он разыграл ситуацию, в которой выглядел виноватым в ее глазах, и чтобы искупить вину, в страхе потерять ""возлюбленную"" обеспечил ей пропуск на свой уровень, ожидая от нее ответного хода.
И ход не замедлил последовать. Стелла, не дожидаясь назначенного часа, нанесла Хакеру неожиданный визит, чтобы застать того врасплох, и действовала по ситуации. Ну а в Максе умер великий актер, Марлон Брандо, не меньше: так искусно изображать и вину, и желание, и даже заботу. В его голосе не чувствовалось ни фальши, ни обмана, поэтому первоначально я и поверила в этот спектакль.
Пазл и вправду складывался красиво, но это были всего лишь теории, правильность которых мог подтвердить только Хакер.
Сделав эти выводы, я вздохнула — мне не давала покоя одна мысль: планшет, который я увидела, мог предназначаться именно для Стеллы, с целью ее дезинформировать, а значит информация там могла храниться недостоверная, и изображение Ричарда каким-то непостижимым для меня образом было ничем иным, как фальсификацией. Сердце как-то быстро и радостно забилось, но я себя тут же остановила, не желая поддаваться таким манящим иллюзиям.
Я уже обманулась один раз, больше не хочу жить ложными надеждами. Макс вполне мог подобным образом показать и реальное положение вещей, чтобы успокоить Стеллу, у которой не было доступа к этой информации.
Вдруг послышался шум открываемой двери, и через мгновение в комнате появился Макс. Вид у него был злой и брезгливый, словно его тошнило. Не говоря ни слова и даже не смотря в мою сторону, он направился в ванную, на ходу снимая футболку и оголяя торс.
