Ничего даже отдаленно напоминающего расчет, элементарный сброс гормонального давления, ничего поверхностного. Я знала, что у меня все будет чисто, возвышенно, по-настоящему. И своим детям, внукам я буду рассказывать трогательные, сентиментальные и милые моему сердцу истории о своей любви."
"Теоретически я была подкована великолепно. Один за другим читала романы, в которых страсти перехлестывали через край. Я слушала душещипательные истории девчонок из парикмахерской, сопереживая. Эти истории порой казались мне надуманными, столько в них было трагичного, столько абсурдного.
Я не могла поверить, что можно идти на такие нелогичные поступки ради так называемой любви. Внутри самой себя я не находила ничего похожего на все эти бури эмоций. Мое спокойное, ровное путешествие в мир взрослых, куда я так стремилась поскорее попасть, еще не привело меня ни к одному роману, ни к одному увлечению. Оно внесло лишь материальное изменение в мое существование в виде зарплаты и аванса.
Я могла содержать саму себя, независимость и грандиозные планы на будущее были моей розовой мечтой. Хотя этот цвет как-то не вписывался в мой идеальный мир. Пусть уже лучше будет зеленая мечта. Это главный цвет весны — нежный, пробивающийся островками на потерявшей свою грязно-белую шубу почве, повисший салатными каплями набухших почек деревьев. Это цвет самой жизни, а потому я выбираю его! И каким же должен быть мужчина в этом моем придуманном мире? Здесь была заминка.
Образ мужчины, его влияние на мое будущее рисовались мне размыто, беспорядочными мазками. Что-то от импрессионизма, то есть, если присмотреться издалека, картина четкая, а вблизи лучше не пытаться. Вот я и не пыталась, ожидая, что моя любовь, болезнь это или особое состояние души, найдет меня сама.
Я не могла не замечать восторженных взглядов, которыми одаривали меня мужчины. Я наблюдала их день за днем по дороге на работу, в парикмахерской, возвращаясь домой.
Где бы я ни находилась, меня щекотали похотливые и восхищенные взгляды. Некоторые из них, увидев, что я обратила на них внимание, пытались познакомиться, другие — быстро отводили взгляд. Я привыкла к этим знакам внимания, не придавая им особого значения. Я воспринимала их как неизбежность. Все только и твердили о том, как щедро природа наградила меня. Сотрудницы с завистью прикасались к пышной копне моих белокурых волос.
