— мое лицо пылает, когда я оглядываюсь по сторонам, высматривая кого-нибудь, кто мог бы услышать. — Эльза. Просто Эльза в школе.
— Но мне нравится моя Эльзи, — она дуется в аниме-милой манере. Ее телефон звонит стандартной мелодией. Брови тети хмурятся, когда она проверяет кто это, прежде чем отключиться. — С тобой все будет хорошо, дорогая?
Я киваю.
— Ты не должна была меня подвозить.
— Я бы ни за что на свете не пропустила первый день моей Эльзи в этом огромном чертовом месте. — она оборачивается. — Долбаная Королевская Элитная школа! Ты можешь в это поверить?
— Меня не было бы здесь без тебя и дяди.
— Ой, прекрати. Мы могли бы подергать за несколько ниточек, но если бы у тебя не было оценок, ты бы здесь не оказалась.
И денег. Она забывает упомянуть, что обучение стоит целое состояние и несколько органов, проданных на черном рынке, чтобы я оказалась здесь, среди элиты.
Тем не менее, тяжесть, давящая мне на грудь, немного ослабевает от ее заразительного энтузиазма.
— Командная работа.
— Командная работа!
Она открывает дверцу своей машины и вылезает, заключая меня в объятия мамы-медведицы.
Я стараюсь не обращать внимания на то, как странно мои будущие одноклассники должны думать обо мне, обнимающую тетю. Запах лосьона с какао и духов Нины Риччи окутывает меня безопасным коконом.
Когда она отстраняется, ее кобальтово-голубые глаза блестят от непролитых слез.
— Тетя...?
— Я просто так горжусь тобой, дорогая. Посмотри на себя, такая взрослая и так похожа .
.. — она замолкает и вытирает под глазом тыльной стороной указательного пальца.
Ей не нужно этого говорить, чтобы я уловила смысл.
Я очень похожа на свою маму. В то время как тетя пошла в моего рыжеволосого дедушку, мама пошла в мою белокурую бабушку.
Или мне так сказали.
Боль, которая никогда не умирала, всплывает, как демон, из темной, мутной воды.
Время лечит — все это большая жирная ложь.
Восемь лет спустя я все еще ощущаю потерю до мозга костей.
Это все еще причиняет боль.
Это все еще приносит пугающие кошмары.
— Боже, я веду себя так глупо в первый учебный день моего ребенка. — тетя Блэр еще раз быстро обнимает меня. — Не забудь свои лекарства и никакой нездоровой пищи. Иди и сделай их, дорогая.
Я жду, пока она сядет в машину и что-то крикнет расслабленному водителю перед ней. У тети нет фильтра, когда дело доходит до ее драгоценного времени. Вот почему я чувствую себя виноватой, когда она настояла на том, чтобы отвезти меня.
