Разве он не должен крепко спать?
— Я говорил тебе остановиться?
Его хриплый, сонный голос посылает пульсацию прямо в сердце.
Эйден медленно открывает глаза. Я всегда ненавидела его глаза. Этот серый цвет напоминает мне об облаках, бурях и металле.
И разрушении моей жизни.
Но говорить себе, что я их ненавижу, было всего лишь методом уклонения, не так ли? Потому что его глаза? Они чертовски великолепны."
"Душераздирающие.
Он запускает пальцы в мои волосы и стягивает резинку, прежде чем поднести прядь волос к лицу и вдохнуть.
— Хм, от тебя пахнет искушением.
Я неловко улыбаюсь.
— Доброе утро.
— К черту утро.
Я смеюсь.
— Ты не утренний человек?
Он пристально наблюдает за мной с таким любопытством, прежде чем прищуривается, когда его рука скользит вниз с моей талии, хватаясь за бедро.
— Не смейся при других. Даже не улыбайся при них.
— Почему нет?
— Твои улыбки и смех принадлежат мне. Мне не нравится, когда другие смотрят на то, что мое.
— Серьезно? — я закатываю глаза. — Что дальше? Запрешь меня в своей пещере и поместишь в меня дюжину младенцев?
Его губы кривятся в усмешке.
— Сможешь с этим справиться?
— Справиться с чем?
— С тем, что я помещу в тебя дюжину младенцев.
— Ты серьезно?
— Мы должны начать прямо сейчас.
Мой рот отвисает, когда я ищу любые признаки того, что он шутит, но его лицо впечатляющее бесстрастное.
Не помогает и то, что его эрекция давит на меня, и он даже ни капельки не извиняется за это.
Но опять же, Эйден никогда ни за что не извиняется.
Я пытаюсь высвободиться.
— Не шути так.
— Хм, любопытно, что я никогда не шучу с тобой, но ты все равно думаешь, что я шучу. — он переворачивает меня так, что я лежу на спине, а он нависает надо мной. — Для протокола, я действительно хочу спрятать тебя там, где тебя никто не увидит.
— Зачем?
Это такой глупый вопрос.
Он только что признался, что хотел похитить меня, и все, что меня волнует, это знать причину.
Я начинаю думать, как ученые из отдела поведения. Их не волнуют поступки, пока они знают, что за этими поступками стоит.
— Мысль о том, что какой-то другой парень прикасается к тебе, сводит меня с ума, черт возьми. Тем более, что я еще не заявил о своих правах. — рука Эйдена обхватывает мое горло, и он ласкает точку пульса. — Пришло время это изменить.
Глава 28
Пришло время это изменить.
Мои мышцы напрягаются от его слов.
Эйден нависает надо мной, как надвигающаяся опасность, сила, с которой нельзя считаться.
