Никто не тычет пальцем и не хихикает за спиной. Все ведут себя безукоризненно, ровно и даже доброжелательно.
Несколько человек здороваются, в голосе нет ноток ненависти и превосходства. При том что должны быть, больше, чем вчера. Абрамова ведь обещала растрезвонить о моей работе всем, кому не лень.
Но нет. Ни слова об этом ни от кого, даже от самой королевы школы.
Она просто прошла мимо, когда мы столкнулись у раздевалки, никак не выдав своей неприязни.
Королев сказал, что поговорит со всеми. Неужели он сделал? Из-за него все так себя ведут? Но когда успел?
Тут же вспоминаю про электронные средства связи и все встает на места.
Сейчас не обязательно встречаться лично для того, чтобы что-то обсудить, а я туплю.
Ловлю себя на том, что все время кошусь на дверь. Ожидаю его прихода? Да, возможно. Мне хочется убедиться, что вчерашнее помешательство прошло, что я ничего не чувствую к парню. Вот сейчас войдет, я посмотрю на него и не испытаю ничего, кроме обычной неприязни. Никаких мурашек в животе, никакой дрожи в коленях.
Он появляется в классе за несколько секунд до звонка. Весел и доволен жизнью. Проходит мимо пружинистой легкой походкой, мазнув по мне лишь мимолетным взглядом, усаживается на свое место.
Класс оживляется, вокруг парня тут же собирается его обожаемая свита. Абрамовой только не хватает, потому что она учится в другом классе. Но и здешние девчонки не уступают главной королеве в наглости.
Подсаживаются рядом, одна даже закидывает руку с тщательно наложенным маникюром на плечо.
— Варя, можно я сяду с тобой?
— Что?
С трудом отлепляюсь от созерцания того, как цепкая рука заползает в волосы Королева, а девчонка что-то шепчет ему на ухо.
— Можно мне тут сесть?
Парень из нашего класса. Ммм, Медведев, кажется, а вот зовут не помню.
Занятая только тем, чтобы выстоять, плохо запомнила имена одноклассников, особенно тех, которые ничем не выделяются.
Так и этот парень.
Фамилии своей не соответствует. Ростом, наверное, чуть выше меня, не толстый, скорее худощавый, чуть сутулый.
С тонкими чертами лица и в очках. Чем-то напоминает того скромного соседа, что засматривался, но боялся подойти. Как раз недавно вспоминала.
Одноклассник в нерешительности ждет ответа.
— Да, садись, — отвечаю.
Сам факт, что меня в этом классе о чем-то спрашивают, а не просто ставят перед фактом, уже много значит.
Сдвигаю свои вещи поближе к краю парты, освобождая парню больше места.
Он садится, и я отмечаю, что от него пахнет мятной жвачкой.
