— Почему не сказал, что едешь на операцию?
— Ты помнишь, как мы расстались? Все произошло внезапно. Я после нашей с тобой ночи решил, что хочу быть… полноценным, чтобы ты не стыдилась меня, чтобы не потерять. Да, позвонил Владе. Она мне и раньше предлагала своего знакомого доктора в Германии. Я подумал, что там медицина на уровень выше… Я потом только понял, что мог бы и сам связаться с этим медицинским центром — деньги у меня были, немецкий, я худо-бедно, знаю. Но тогда звонок Владе воспринимался мною, как что-то вполне логичное.
Я не думал, что она расценит это, как желание вернуть наши отношения. Я, похоже, плохо вас, женщин, знаю. И я звонил тебе много-много раз. Матвей разыскивал тебя и Серега — по своим каналам.
— Ты уехал с Владой.
— Да. Но между нами ничего не было. Правда. Более того, чтобы потом не было недоразумений, скажу, что до операции жил в ее квартире, но в ее постели не был. Я не понимал вообще, почему ты не берешь трубку, почему не звонишь.
Если знал бы, что ты в аварию попала, вернулся бы назад.
Он, похоже, чувствовал, что я смягчилась. Потому что продолжал говорить, усиливая свой напор…
— Ты понимаешь, что больного человека нельзя лишать лекарства — он же умереть может? Мне одной только ночи с тобой хватило на месяц жизни без кошмаров. А сейчас они снова вернулись…
— Так ты за лекарством ко мне приехал?
— Да-да-да. Иди сюда, зараза! Я соскучился безумно! Или я сам приду!
Я только сейчас заметила, что он сидит на стуле, а не в коляске.
Он, что, сам сюда дошел? Он взглядом показал на трость, прислоненную к соседнему столику. То есть, вот так своими ногами? Нет, я хочу увидеть это. Как-то было немного обидно за себя, за то, что нет у меня аргументов против этого «люблю». За то, что было так больно, а сейчас он рядом, и я готова простить только за это «соскучился». Задумчиво смотрела на него, пока он тяжело воздохнув, не начал вставать, опираясь на стол.
— Я понял. Сама не прийдешь.
— Я хочу увидеть.
— Поиздеваться надо мной.
— Полюбоваться…
Он замер, глядя мне в глаза. Да, я понимала, что одним этим словом даю понять, что простила, что люблю. Трость он не взял, конечно, хочет впечатление произвести! Выпрямился во весь рост. Я не смотрела на него. В смысле я смотрела, конечно. Просто это нельзя было назвать взглядом, я трогала его тело глазами.
