Офисы в Нью-Йорке, Берлине, Лондоне, Риге и, наконец, в Москве, на Садовой-Самотечной, в двух шагах от Кремля."
"Справедливости ради стоит сказать, что торговое представительство американских фирм было лишь частью бизнеса братьев Хаммеров, причем частью малой, надводной, как это бывает с айсбергами. Подлинное же, по-настоящему любимое дело Арманда Хаммера заключалось в скупке и переправке российских драгоценностей на Запад, в первую очередь — в Североамериканские Соединенные Штаты.
Человек неосведомленный, конечно же, удивился бы: зачем толстосумам-янки русские бриллианты? Но дело было не так в бриллиантах, как в их прежних хозяевах.
Мистер Хаммер с подачи большевистских властей предлагал ценности, принадлежавшие знатнейшим русским родам, в том числе, разумеется, и великим князьям и даже самому императору. Кичливые потомки первых английских семей, в XVII веке пересекших Атлантический океан и основавших Америку, хотели чувствовать себя в родстве с древними дворянскими родами. И чувство этого родства они получали, скупая оптом и в розницу императорские драгоценности и вещи, принадлежавшие коронованным особам.
Ради этой высокой цели господа Хаммеры в свое время изрядно пощипали Гохран, но в упрек им это никто не ставил — ведь в обмен на золото и драгоценности они ввозили в голодающую Россию хлеб.
Но сегодня Арми не занимался делами, сегодня он отдыхал душой на ипподроме. Сегодня ему хотелось выиграть, и он поставил на Дориáну, имевшую лучшее время из всех. Основными ее соперниками считались Кустарь, Гичка и Пилот.
В первом гите[19] вперед поначалу вышла Гичка, вторым держался Пилот, Дориана шла только третьей. Оставшиеся пять рысаков изрядно поотстали. К полукругу, тем не менее, Пилот достал Гичку, а в последнем повороте пошел с ней голова в голову. На финишной прямой Гичка резко отпала, и первенство перешло к Пилоту, однако уже в следующий момент его легко обошла Дориана… Трибуны грянули, их охватило ликование.
— Отличный выбор, — сквозь крики болельщиков откуда-то сбоку с трудом пробился чей-то вкрадчивый голос.
Хаммер покосился налево. Рядом с ним словно из-под земли вырос солидный немолодой азиат. Одет он был в презентабельный коричневый шелковый костюм, на шее красовался бордового цвета галстух, узкие глазки маслено посверкивали.
— Что вы имеете в виду? — учтиво спросил Арми.
— Дориана победила, а вы ведь ставили на нее, — пояснил азиат.
Хаммер усмехнулся: Дориана — фаворит, на нее ставила половина ипподрома.
