— А во-вторых? — спросил Загорский, слегка улыбаясь.
Во-вторых, преступление тщательно готовили. В купе были только Светлана и ее таинственный попутчик, при том, что билеты в нем были выкуплены все. Из этого ясно, что билеты убийца выкупил заранее, чтобы никто ему не помешал.
— Логично, — кивнул Загорский, — я тоже так решил.
Ганцзалин задумался ненадолго.
— А все-таки проводник должен был видеть убийцу, — наконец сказал он, — при входе в поезд.
Но тут Нестор Васильевич с ним не согласился. Как говорят сознательные пролетарии — не факт.
Во-первых, проводник, впуская в вагон, обычно смотрит не на лицо, а на билет. Во-вторых, убийца мог сделать вид, что опаздывает и на ходу вскочить в другой вагон, скажем, в четвертый, а оттуда уже перейти в третий.
Ганцзалин кивнул — мог, конечно, мог. А что показал осмотр купе?
— Осмотр купе показал, что мы имеем дело с опытным и хладнокровным преступником, — строго отвечал Нестор Васильевич. — Судя по всему, ночью Светлана и ее спутник выпивали. Правда, бутылок и стаканов в купе я не обнаружил.
— Спиртом пахло? — живо спросил Ганцзалин.
— Нет, не пахло. Убийца позаботился и об этом: он открыл окно в купе, так что все запахи выветрились. Более того, он тщательно протер все поверхности, на которых могли остаться следы или отпечатки.
— Даже пол?
— Даже пол. Однако… — тут Загорский со значением поднял палец вверх, — накануне вечером в Ленинграде шел небольшой дождь, на улицах было сыро и грязновато. Вследствие чего убийца оставил-таки след, но не в самом купе, а прямо перед ним, в коридоре.
А откуда хозяин знает, что это его след? Ганцзалин глядел скептически. Из всех пассажиров что — один убийца оставил следы?"
"Загорский слегка нахмурился: разумеется, нет. Следы оставили все. Но только следы убийцы заканчиваются у купе — все остальные либо не дошли до него, либо прошли дальше. К сожалению, след к утру подсох и сделался неразборчивым. Но даже по тому, что осталось, удалось кое-что установить. Судя по всему, преступник был одет в американскую спортивную обувь, так называемые «кэдс» или, попросту, кеды.
Размер стопы — около десяти дюймов. При этом с внешней стороны следы более отчетливы — вероятно, владелец кедов немного косолапит. Не Бог весть что, конечно, но при случае и это может помочь.
Тут Нестор Васильевич замолчал и погрузился в раздумье. Ганцзалин посматривал на него с некоторой тревогой — по лицу хозяина, обычно безмятежному, пробегали грозовые всполохи.
