– Ну вот видите, как получается. Он уехал раньше вас и вполне мог приехать к вашему дому, оставить машину где-нибудь в соседнем дворе, чтобы вы ее не увидели, дождаться потерпевшую в подъезде и застрелить ее.
– Что за бред!
Ну вот, хоть что-то, напоминающее эмоции. Дело сдвинулось с мертвой точки.
– Ну почему же бред, Андрей Владимирович? Все сходится.
– Да что же сходится-то? Откуда Саша мог знать, что мы поссоримся и Катя пойдет домой одна?
– А вы не допускаете мысли, что они могли договориться?
– Договориться? О чем?
– О том, чтобы вы поссорились.
Вот я читаю ваши показания: «Я был очень взволнован, наговорил Кате резкостей, она мне сказала: «Пойди проветрись, пока не успокоишься – домой не возвращайся». Ваши слова?
– Ну да…"
"А вот уже и растерянность появилась. Молодец, Огнев, так держать!
– Допустим, они договорились, что Катя постарается выпроводить вас из дома и они смогут провести некоторое время наедине в вашей квартире. Поэтому ваш брат спрятался в подъезде и ждал ее.
Умысел на убийство мог возникнуть у него спонтанно, уже после того, как они договорились. А может быть, он просто задурил девушке голову перспективой свидания наедине, а сам заранее знал, что убьет ее. Ну как?
– Да никак. Саша поехал в аэропорт. Вы же наверняка уже проверяли, встретил он своего приятеля или нет. Ведь встретил, правда?
– Конечно, встретил, – рассмеялся Огнев. – Конечно. Мы все проверили. И «приятеля», – он подмигнул, – тоже спросили. Встретил и до дому довез. Они даже еще успели чайку попить и о жизни поговорить.
– Тогда зачем вы мне рассказываете эту чушь?
– Затем, Андрей Владимирович, – Огнев сделал паузу и немного затянул ее, наслаждаясь моментом, – что рейс задержали, и прилетел самолет только в пять утра. Так что времени у вашего брата было более чем достаточно.
– Но Саша не знал, что рейс задерживается! Он торопился уехать из клуба, чтобы не опоздать в Домодедово к началу второго.
– Откуда вы знаете, знал он или нет? Информация доступна по телефону или с любого компьютера.
Он мог просто разыгрывать спектакль. Я вам для чего все это говорю, Андрей Владимирович? У меня двое подозреваемых: вы и ваш брат. Вы же не хотите, чтобы я его взял под стражу, если вы точно знаете, что он невиновен, правда? Других подозреваемых у меня нет. Так что получается, или вы – или он. Если вы убили Екатерину Шевченко, то признайтесь лучше прямо сейчас, чтобы избавить любимого брата от ненужных неприятностей.
