Переломы успешно заживали. Врача больше тревожили ушибы головы. Потому Назара и не отпускали домой. До сегодняшнего дня. И я пока оттягивала момент, сказать мужу о том, что уже через пару часов мы будем дома. Врач готов выпустить своего самого непереносимого пациента, на радость медсестрам и мне. И пока Зоя с Лерой готовили праздничный обед, мы с Алексеем приехали в клинику.
– Так почему вы опоздали, Таисия Даниловна? – хмуро допытывался Назар. – Час назад должны были быть на своем законном рабочем месте!
– Уволюсь я, Титов! – рассмеялась я, подходя ближе к мужу.
Назар сидел на постели, свесив ногу, закутанную в гипс. За то время, что мой любимый провел в больнице, произошли небольшие изменения. Зоя полностью переехала к нам, со всеми своими вещами и с одобрения деда. Степан Назарович тоже часто появлялся у нас, балуя вкусными ужинами. Почти сразу после того, как Назар пришел в себя, у них с отцом состоялась продолжительная беседа без свидетелей. О чем именно они говорили – осталось загадкой, но после той беседы в нашей с Титом жизни появилось на одного близкого человека больше.
Да и сам Степан Назарович стал будто больше улыбаться, смеялся, не хмурился, словом, помолодел.
А еще он предложил пожить в его доме, пока Назар не сможет свободно передвигаться. Я скромно отказалась, потому что дом Титова располагался далековато от школы, в которой училась Зайка. Да и в жилом комплексе у нас имелся комфортный лифт. И опять же, хватало места на троих. А в перспективе – подумаем и решим вопрос с жильем.
Я уже подумывала, что можно бы продать мою квартиру, чтобы улучшить жилищные условия. С Назаром, правда, пока мы ничего такого не обсуждали.
– И кто же тебя отпустит, Титова? – хмуро возразил Назар и протянул ко мне неповрежденную руку.
Я осторожно присела на постель рядом, обняла мужа так, чтобы не потревожить пострадавшие конечности и улыбнулась.
– А я никуда и не собираюсь, – заверила я и первой поцеловала приоткрытые губы.
– Нет, ну кто же так целует? Ты, Русалка, совсем по мне не скучала? А я вот скучал! – возмутился Тит.
Я обхватила ладонями любимое лицо, провела пальцами по легкой щетине, по темным кругам под глазами, по едва заметным ссадинам, которые уже почти зажили.
– Очень скучала, – возразила я. – А у меня для тебя новость!
– У нас будет не двойня, а тройня? Я бы хотел, чтобы побольше детей. А то животик у тебя совсем не заметный. А санитары здесь так и пялятся на тебя.
