Похрапит ваш муженек, а потом дышать перестает, и так по десять раз за ночь! Прикиньте, что будет, если он снова не вздохнет! Запросто умрет! Храп – это серьезная болезнь!
Я пришла в ужас, Олег храпит, причем ужасно. Конечно, выходя замуж, я понимала, что супружеская жизнь приносит не только радости, но, ей-богу, не предполагала, что стану так мучиться по ночам.
Первое время я пыталась толкать муженька и переворачивать его на бок. Эффект от этих действий был равен нулю. Тогда я попробовала затыкать уши ватой и засовывать голову под подушку.
Но, во-первых, звук долетал сквозь все преграды, а во-вторых, сама начинала задыхаться. Я присвистывала, щелкала языком, пинала Олега ногой… Ноль эмоций. Храп на пару секунд изменял тональность, а потом снова начинал разноситься по спальне. А теперь еще выясняется, что это болезнь, грозящая скорой смертью. Может, УПР-ЛХ поможет? Ладно, сегодня нельзя спать, пока Олег не явится со службы.
Но, как ни странно, муж был дома. Сидел на кухне и мирно читал газету в окружении горы грязной посуды.
– Привет, – весело сказал он, – что за жуткий суп? Вы раньше никогда ничего подобного не готовили. Воняет, словно расчлененка!
Я положила на стол упаковку с «Экстра-Лор».
– Ты съел обед, который сгоношила для своих баба Клава. Неужели по запаху не понял, что харч несъедобный?
Олег скривился.
– А где наш обед?
– Не сварили.
– Почему?
– Баба Клава оккупировала кухню, Тамаре не зайти.
– И еще в ванной таз болтается с замоченным бельем, – задумчиво протянул Куприн, – хотел душ принять, а встать некуда.
– А-а-а, – разлетелось по коридору, – отстань… долбаная, пошла на…, не хочу, не пойду, а…
– Это что? – вздрогнул Олег.
Я хмыкнула, потом высунулась в коридор и поинтересовалась у Маринки, остервенело запихивавшей сыночка в комбинезон:
– Ты его что, на ночь тоже в садик сдаешь? Правильно, посидел дома часок, и хватит.
Маринка сдула упавшие на потный лоб волосы.
– На английский идем!
– Ночью?!
– Только восемь, тут рядышком, детский центр «Лютик»!"
"– На… «Лютик», – визжал Ванька, – к… матери, хочу телик глядеть, там фильм идет!
– Какой? – Я решила отвлечь пацаненка от процедуры одевания.
Ванька вдруг перестал визжать и колотиться.
– По видику «Глубокий сон», здоровское кино.
– Х… тебе, а не кино, – заявила мамаша, нахлобучивая Ванюше на макушку шапку, – нечего о х… думать, учись, сына, человеком станешь!
По непонятной причине мальчик присмирел и начал, сопя, завязывать ботинки.
