Ну же, ну?!?
— Господа, мой визит на землю прекрасной ля Бель Франсе имеет абсолютно частный характер, и совершен с довольно простой целью: немного развеяться и отдохнуть. Вместе с тем, я не против небольшой экскурсии по моему «Сапсану»…
Довольно изящно указав на пустую подъемную клеть, Александр Михайлович весьма любезно улыбнулся онемевшим от неслыханной удачи писакам:
— Прошу, господа!"
"Откликнувшись на призыв, будущие экскурсанты успешно снесли одного замешкавшегося фотографа и едва не пробежались по второму, торопясь первыми попасть на борт воздушной яхты — пока ее хозяин спокойно покидал аэродром.
Время на часах все еще было раннее, так что автомобиль всего за полчаса доставил пассажиров к парадному крыльцу Гранд-отеля «Континенталь» — заведения достаточно статусного и солидного, чтобы в нем не брезговал останавливаться даже сам Великий князь Владимир Александрович, имевший заслуженную репутацию тонкого эстета и завзятого сибарита. Что подходило дядюшке, то вполне годилось и его племяннику — коего, честно говоря, вопрос проживания в столице Третьей французской республики волновал в самую последнюю очередь.
Именно поэтому он, оставив свою пассию Любовь Николаевну отдыхать в номере, отправился в компании штабс-капитана Николая Шиллинга в новую поездку на «Панар-Левассоре» — потратив почти час на то, чтобы добраться до небольшого двухэтажного особнячка на другой стороне Парижа. Где еще добрых пять минут пришлось настырно «квакать» автомобильным клаксоном у запертых кованных ворот, дабы привлечь внимание почему-то отсутствующего на своем посту привратника.
Ну и привлекли: вышедший из увитого плющем дома плечистый мужчина прямо с грыльца раскатисто гаркнул:
— Пшли нах… Э-э!?! Виноват, Ваше императорское высочество! Сей момент, Ваше императорское высочество!!!
Действительно, не прошло и минуты, как машина медленно вкатилась в замощеный двор, остановившись аккурат напротив низенького крылечка с двустворчатой дверью. Поглядев на дюжего усача, навешивающего замок на вновь закрытые ворота, Великий князь в сопровождении бравого офицера Измайловского лейб-гвардии полка размашистым шагом проследовал в скромное парижское жилье своего лучшего… Да пожалуй, и вообще единственного настоящего друга.
— Здравия желаем!
Приветливо кивнув вышедшей навстречу паре знакомых телохранителей, Михаил указал штабс-ротмистру Шиллингу на одно из гостевых кресел — сам же спокойно поднялся на второй этаж.
