Неужели возвращаться с пустыми руками? Это было бы очень обидно… Ждать неизвестно чего? К тому же он, может, спит? Может, в доме просто не слышат? Алиса говорила: ее муж лентяй, каких свет не видывал — только деньги ему давай!"
"Потому и развелись… И якобы он затем тогда и приезжал к Алисе, когда она в него из «винчестера» своего пальнула. «Надоел! — сказала Алиса. — Тянет деньги и тянет!»
Светлова огляделась. В одном месте высокая старая ольха росла довольно близко от забора.
Светлова подпрыгнула, ухватилась за нижнюю ветку, подтянулась и забралась на дерево.
Перебралась с дерева на забор…
Высоко-то как!
«Будем надеться, что это тот самый дом, о котором говорила Алиса, а не какой-то другой, — подумала Светлова, сидя на заборе. — А то загремлю под фанфары — за попытку обокрасть честных граждан!»
Все-таки Анна прыгнула…
И в ту же секунду, как она приземлилась, мохнатая черная туша навалилась на нее, не давая подняться.
Батюшки! Морда размером с таз, язык розовый слюнявый свешивается…
Лохматый черный ньюфаундленд!
Правда, он Светлову почему-то не загрыз… И вообще вел себя для такой грозной на вид собаки довольно миролюбиво.
Светлова, побарахтавшись, выбралась все-таки из-под этой туши.
— Это мы так играем, деточка? — шепотом, поскольку голос пропал, спросила Анна.
И тут ньюфаундленд залился грозным лаем. Впрочем, одним этим лаем дело и обошлось.
Не обращая более на эту тушу внимания, Анна поднялась по ступенькам хорошенького домика и вежливо постучала в евродверь.
Неужели все-таки никого?!
Однако в круглое, как иллюминатор, окошко над дверью выглянуло неожиданно тоже круглое, очень похожее на этот самый иллюминатор, женское лицо.
— Можно мне Кругляша Бориса Федоровича? — крайне обрадовалась этому явлению Светлова.
— Нет его, — глухо донеслось из-за закрытой двери.
— Как нет?
— Да так и нет. — Исчерпывающий ответ, ничего не скажешь.
— А мне сказали, он всегда дома, — настаивала Аня.
— Ну, может, раньше и был, — загадочно ответила круглолицая.
— Как это «был раньше»? А теперь-то он где?
— А вы что же сами не знаете, где он? — ответили ей вопросом на вопрос.
— Нет, — честно призналась Аня. — Не знаю. Если б знала, не спрашивала бы.
— Он умер.
— То есть?
— То есть, то есть, — передразнили ее. — Будто не понимаете, о чем речь!
И недовольное круглое лицо исчезло.
Причем было понятно, что окончательно — более Светловой его не увидеть.
Как говорится, без комментариев…
Вот оно как… Помер, стало быть, Алисин супруг.
