А у этой женщины, кроме Лидии Евгеньевны, по сути, никого.
""Лидия Евгеньевна, Лидия Евгеньевна, — пробормотала Светлова. — Славная бабуля, старушечьи очечки, пучочки, а шипит как змея!
Лидия Евгеньевна, Лидия Евгеньевна…
Фанатично преданная, ведет все дела Погребижской… Все дела, в том числе и финансовые."
"Лидия Евгеньевна, Лидия Евгеньевна… Помесь подруги, слуги, секретаря, домоуправительницы и служебной овчарки.
Хотя… смотря с чьей точки зрения взглянуть на ситуацию. Кинологи утверждают, что это только человеку кажется, будто он хозяин своей собаки.
Сама-то собака уверена, что все наоборот: она — хозяйка, а хозяин — это ее человек.
Лидия Евгеньевна… Обожает письменное творчество своей хозяйки"".
* * *Светлова вдруг вспомнила какой-то роман Стивена Кинга о фанатичной читательнице и знаменитом писателе, который попадает к ней в плен. Писатель терпит автокатастрофу, и какая-то домохозяйка, случайно оказавшаяся рядом, его подбирает. Привозит к себе домой, преданно и заботливо выхаживает.
Она — его давняя поклонница. Она обожает его произведения. Она писателя лечит, она кормит его с ложечки. И, в конце концов, превращается в его тюремную надзирательницу.
А писатель оказывается в положении ее собственности.
А что, если «хозяйка» не Погребижская? Что, если все наоборот? И Погребижская, которая снисходительно кивает и отдает приказы Лидочке — это только видимость? На самом же деле, всем, в том числе и свободой ее общения, и даже ее гонорарами распоряжается милая бабуля с пучочком?
Помнится, у Стивена Кинга — это тоже была добродушная, заурядная на вид миловидная домохозяйка.
Но что случилось? Что позволяет милой бабуле, подчиненной, секретарю так себя вести? Командовать? Изолировать Погребижскую от всех ее друзей?
Распоряжаться, судя по всему, ее гонорарами?
Светлова вспомнила, как испугана была Погребижская, когда просила ее:
«Только не проговоритесь Лидочке». Может быть, это шантаж?
Скажем, Лидия Евгеньевна что-то знает о Погребижской, что и позволяет держать писательницу в зависимости.
Что-то когда-то случилось…
Но что? Что такого могла совершить престарелая Мария Иннокентьевна? И когда?
А может быть, в том-то все и заключено? Максим Селиверстов сунулся не в свое дело — и поплатился? Погребижская что-то ему рассказала, может, даже просила о помощи?
Жизнь, как книга или фильм. А что, если отлистать страницы этой «книги» назад? Только вот на сколько страниц-лет?..
