В одно мгновение мы всей опергруппой оказались заперты в полупустой комнате, а этот лысый гад в халатике хладнокровно выпустил трубку из зубов и без улыбки заключил:
— Вот вы и попалися, менты поганые. Лютой казни я вас завтра предам, как придумаю каждому из вас смерть страшную, муку нестерпимую, боль жуткую…
Я рванулся было ответить, но Баба-яга мягко удержала меня за рукав. И правильно. Всё, что я мог бы и хотел ему сказать, он сто раз слышал от других пленников. В любой ситуации стоит сохранять достоинство.
— Ну а покуда вы тут втроём с жизнию прощаться будете, я, пожалуй, пойду вздремну. — Кощей Бессмертный повернулся к нам спиной и, уже уходя, бросил: — И это, Яга, подружка старая, ты уж колдовать-то не вздумай. Иначе и до утра не доживут сотруднички твои разлюбезные…"
"Размеренный грохот его шагов ещё долго раздавался в гулких коридорах, а я чувствовал, что вот-вот расплачусь от обиды. Мы же ему поверили! У нас реально был и есть общий враг! Он мог нам помочь разобраться со Змеем, а уж потом строить свои… тьфу!
Господи, как же всё наивно и глупо…
Я прислонился спиной к каменной стенке.
Яга, не чинясь, присела прямо на пол в уголке, вытянув ноги в дорожных лаптях. Митя поочерёдно посмотрел на меня, на неё, подёргал решётку (надёжная ли?), пнул плечом дверь, через которую мы вошли (крепка ли?), убедился, что силой тут не взять, и начал приставать с глупостями. В смысле с вопросами, но в его случае это, как правило, одно и то же.
— Это что ж, мы теперича в плену, а не в гостях, получается? А что он там непонятное про казнь лютую на заре придумывал? Я ить категорически возражать буду! Нет такого закону, чтоб преступники над честной милицией верх брали, верно, Никита Иванович? Чего молчите, пугаете сироту деревенскую…
Видя, что ничего вразумительного от меня ждать не приходится, Митя бросился с тем же к моей домохозяйке:
— Бабуленька-ягуленька, уж сотворите такую милость, избавьте меня от злой смерти образом расчудесным! Заставьте по гроб жизни за вас Богу молиться.
А не то двор более мести не стану и за котом прибирать! Ишь, нашли самого молодого…
— Митенька, — ласково откликнулась бабка, — отвались в сторону, не то башку откушу.
— А не посмеете при Никите Ивановиче…
Яга так страшно цыкнула зубом, что двухметровый балабол мигом нашёл себе уголок и уселся там по древнерусскому обычаю — «повесив буйну голову ниже плеч». Я же рискнул подойти к бабке.
— Есть идеи?
— Мыслишка имеется, — туманно откликнулась она.
