Этот шум будто заменял ночью громкие вопли чаек. Он заглушил и звуки моих шагов, когда я поднимался на Птичью скалу.
«По пути Ассоль» я шагал не первый. Путь на вершину скалы местные давно разведали и со стороны деревни, и с противоположной. Это лишь с моря Птичья скала выглядела отвесным обрывом. Со стороны материка она казалась высоким холмом: с крутым, но легко проходимым склоном и с относительно ровной площадкой на вершине, где в прошлой моей жизни спокойно разгуливали сразу шесть человек (не в тесноте, без толкотни).
На подступах к вершине я погасил фонарь. Я не боялся, что оступлюсь — двигался я медленно, неплохо ориентировался на склоне при лунном свете. Не желал, чтобы о моём присутствии на Птичьей скале узнали посторонние… раньше, чем я сам того захочу. Поэтому я на самую вершину и не поднялся.
Место для нынешней засады я выбрал ещё в Новосоветске — не раз там прикидывал в голове план сегодняшнего мероприятия. Ещё в общаге я вспомнил о каменной ступени (размером с полку в пассажирском вагоне поезда) — там засиживался Артурчик, когда отделялся от нашей компании для «приватных бесед» со своей парикмахершей.
Каменный уступ находился в пяти шагах от вершины и в паре метров от края скалы. С него я прекрасно видел и небо, и море: заметил бы и алые паруса корабля, если бы те промелькнули на горизонте. Я спрятался на уступе от взглядов тех, кто придёт на скалу со стороны Григорьевки: почти не сомневался, что Анастасия и её нынешний ухажёр явятся именно с той стороны.
Зевнул. Замер в ожидании.
Звуки голосов я услышал за четверть часа до полуночи.
Глава 20"
"Поначалу мне почудилось, что поменял направление ветер, и поэтому звук разбивавшихся под Птичьей скалой о камни волн изменил тональность. Я больше двух часов изображал тень: сидел неподвижно на каменном выступе под вершиной скалы, боролся с сонливостью. Рассматривал луну, звёзды и линию горизонта (она проходила там, где обрывалась вдали лунная дорожка). Не однажды за это время мне мерещилось, что я слышал шаги и шуршание скатившихся по склону камней; полчаса назад показалось: у меня над головой прокричала чайка (пришёл к выводу, что на пару секунд задремал, и крик чайки мне приснился).
В реальность человеческих голосов я поверил не сразу. Направил взгляд в тёмное небо, затаил дыхание.
Но голоса не исчезли. Напротив: с каждой секундой они становились громче. И всё меньше походили на игру моего воображения или на шум волн.
