Так откуда у вас данные обо мне? О моем теле и ранениях в частности?
Леон бдительно следил за сменой эмоций на лице своей молодой жены: растерянность, неуверенность, желание что-то сказать и снова неуверенность…
— Вас кто-то все-таки шантажирует? — спросил Леон."
"— Нет! — раздраженно ответила Солара и он почти поверил. — Просто я не могу объяснить, ты не поверишь моим объяснениям! А доказательств у меня нет…
Тут Солара как-то странно посмотрела на свои спрятанные под столом ручки и неуверенно добавила:
— Может, когда появятся доказательства… если появятся, конечно… Давай, мы вернемся к этому разговору, когда ты будешь хоть немного доверять мне, ладно?!
Леон откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.
Лара мысленно простонала: опять он закрылся от нее! Генерал помолчал, провел рукой по подбородку и твердо заявил:
— Объясните мне, для чего вы провернули эту аферу с нашим браком, зачем я вам так понадобился в качестве мужа, что вы хитростью принудительно затащили меня под венец, выставив в неприглядном свете перед королем.
Тогда, возможно, между нами и сможет возникнуть доверие. Расскажите мне все честно или в противном случае вам придется очень долго, совершенно безрезультатно и напрасно ждать этого самого доверия с моей стороны.
Леон посмотрел, как его новобрачная заломила руки, выскочила из-за стола и заметалась по комнате. Подскочив к нему, присев на корточки и пытливо заглянув ему в глаза, она умоляюще спросила:
— Ты хочешь знать, зачем ты мне понадобился в качестве мужа? — Леон сурово кивнул.
— А поверишь ли ты моему объяснению?! Вот уверена, что нет!
— Попробуйте, — Леон напрягся в ожидании.
Принцесса вдохнула глубоко и выпалила уж совсем что-то несообразное:
— Влюбилась я в тебя, по уши! Нет никаких других секретов!
Леон крепко разозлился. С шумом отодвинув стул, он встал и гневно воззрился на свою жену:
— Вы меня совсем за дурака принимаете? За наивного идиота держите?! О каком доверии при таком раскладе может идти речь, ваше высочество?!
На глаза Солары навернулись слезы, но она вскинула головку и дерзко прошептала:
— Уже не высочество.
Теперь я леди Ардамас, Леон.
Леону показалось, что у него сейчас раскрошатся зубы — так сильно он сжал их. Резко развернувшись на каблуках, он направился к двери. Взявшись за ручку, он обернулся к жене и холодно ее известил, приготовившись к истерике и крикам:
— Никаких нарядов я ждать не намерен. Я планирую выехать в поместье Ардамасов завтра утром.
