Без напряжения за ворот стеганой кацавейки взял легкую стариковскую плоть и поволок в сузёмную тьму."
"Большая толстая ель упала от урагана лет пять назад. Она корнями выворотила большую болотную яму. Место было как раз на горушке, и ямина даже после такого большого дождя оказалась сухая. Зырин положил Никиту Ивановича под выскырь и начал стряхивать на него остатки земли с вывороченных корней. Запорошил, но оказалось мало. Счетовод позвал на помощь Кешу и Веричева. Те пришли и сивым, как волосы старика, влажным подзолом руками кое-как закидали труп.
Сопронов с Корчагиным не участвовали в похоронах Никиты Ивановича.
Рассветало взаправду. Корчагин молча припомнил охаратки Зойкиных пирогов, оставленных в Жучковой телеге. Костер пылал, как на пивной поварне. Кровавые отблески уже не играли на медных стволах морошкового болота. Сопронов с Корчагиным жадно поглощали чернику, в изобилии вызревшую вокруг избушки.
Одежда была еще влажная, но милиционер не позволил сушиться дальше:
— Товарищ Сопронов, веди! Захватим Рогова в деревне.
Помнишь, как обратно идти?
— Кеша делал затёски, — сказал Игнаха. — Негде тут заблудиться.
— Веди! Хоть Кеша, хоть сам, это мне без разницы…
Счетовод зарядил усовское ружье, решил выстрелить в воздух. Ружье сделало осечку. Сопронов выволок из костра горящую головню и сунул ее под бересту на крыше избушки. Не оглядываясь, двинулся вслед за Корчагиным, Скальё на крыше вот-вот должно было вспыхнуть. Веричев подождал немного, пока все отойдут подальше, выбросил из-под застреха горящую головню.
Он бросил ее в мох, головня сильно дымилась. Веричев побежал догонять компанию. Никто не оглянулся назад…
Или Кеша слишком редко оставлял затёски, или они оказались малозаметными, только вся бригада сразу сбилась с верного направления. Не помогал ни корчагинский компас, ни Игнахина память. Порубочную делянку прозевали, и дорогу пришлось искать часа полтора. Лишь часа через три вышли к ручью, залитому дождевой водой. Ручей было не узнать, в иных местах он даже крутил воронки.
Сушка штанов оказалась напрасной…
Только к полудню они нашли то место, где оставили Жучка с подводой. На месте оказалась одна телега с остатками Зойкиных пирогов в мокром платке. Упряжь складена под тележное днище.
— Тронутый, тронутый, а вишь, упряжь-то склал под телегу! — резонно заметил Кеша.
— Я вот ему покажу, этому тронутому, — сказал Игнаха. — Только бы до деревни добраться.
Все, хлюпая сапогами и не соблюдая дистанций, пошли по дороге в шеренгу по одному.
