Слушать это было не очень приятно, но Зоя хотя бы стала разговаривать со мной.
Свет погас, положив конец нашему разговору. Зал наполнила органная музыка и запах ладана. Ладан и ароматические смолы часто применялись в магии, и у меня тотчас же возникли ассоциации с книгами заклинаний, которые я скрупулезно переписывала. «Ладан используется для лечения ожогов. Он также может применяться для прорицания и для очищающих заклинаний…»
Я тут же пресекла этот поток мыслей. Даже если держать их при себе, думать о магии во время церковной службы алхимиков – это кощунство.
Я поерзала, размышляя, что бы сказали все эти люди, если бы знали правду обо мне – что я занималась магией и целовалась с вампиром…
У алхимиков священников называли иерофантами. Они благословляли и предлагали нуждающимся советы в духовных вопросах. В повседневной жизни они носили костюмы, но по случаю службы главный иерофант был в одеяниях, неприятно напомнивших мне одеяния некоторых Воинов. Это было еще одно напоминание о нашей общей истории – и, возможно, о нашем общем будущем.
Маркус был прав. Я должна разгадать эту тайну, вне зависимости от того, оставлю я татуировку или обезврежу ее."
"Я посещала подобные службы с раннего детства и знаю латинские молитвы наизусть. Я произносила их вместе с остальными прихожанами и жадно слушала, как иерофант вновь подтверждал наши цели; его голос усиливала аудиосистема. Хотя религия алхимиков имеет некоторые связи с христианством, иерофант почти не упоминал ни о Боге, ни об Иисусе, ни даже о Рождестве.
В основном его проповедь была посвящена тому, что мы призваны помогать защищать человечество от искушения последовать за стригоями, предлагающими нечестивое бессмертие. Это предостережение, по крайней мере – не преувеличение.
Я слышала истории и даже сама видела, что бывает, когда человек решает служить стригоям. Стригои обещали в качестве вознаграждения обратить своих слуг. Эти люди помогали стригоям распространять их зло и сами становились чудовищами, которых даже не требовалось обращать.
Хранить существование этих злых вампиров в тайне – благо для слабых людей, не способных самостоятельно защитить себя. Но особое мое внимание привлекло то, что иерофант упомянул в проповеди и мороев – как средство, способное помочь одолеть стригоев. Священник не призывал возлюбить их – но, по крайней мере, и не призывал уничтожить мороев и дампиров.
Я согласилась со значительной частью проповеди, но она уже не воспламенила меня, как бывало прежде.
