А когда иерофант принялся бубнить про долг и повиновение, и про их «естественность», я почувствовала себя не в своей тарелке. Мне почти что захотелось, чтобы больше говорилось о божественном, как на нормальной церковной службе. С тем, что творилось сейчас в моей жизни, я вовсе не возражала бы против связи с высшими силами. Мне даже начало казаться временами от этой проповеди, что все, что говорил иерофант, сочинила какая-то компания людей в средние века. Никакого божественного предписания для этого не требовалось.
К тому моменту, как служба закончилась, я чувствовала себя предательницей. Возможно, шутка Адриана правдива: мне даже не нужен Маркус, чтобы обезвредить мою татуировку и разорвать связь с организацией. При взгляде на моих спутников – и даже на всех прочих алхимиков в зале – становилось ясно, что я одинока. Все они были безраздельно погружены в службу и беззаветно преданы делу.
Меня снова посетило неприятное воспоминание о Воинах и их фанатичном пыле. Нет-нет, в чем бы ни были повинны алхимики, но с таким безумным поведением мы не имеем ничего общего! И все же… я поняла, что все намного сложнее.
Алхимикам не свойственно сперва стрелять, потом спрашивать, или заставлять членов организации драться друг с другом. Мы цивилизованны и логичны, но мы привыкли делать в точности то, что нам говорят. Вот в чем сходство. И оно может быть опасно.
Зоя и отец вышли вместе со мной и Иэном.
– Правда, потрясающе? – сказала Зоя. – Такая проповедь… я ужасно рада, что папа решил вырастить еще одного алхимика в семье.
Это прекрасно – пополнить наши ряды.
Действительно ли отец руководствовался именно этим? Или он просто перестал мне доверять после того, как я помогла Розе?
Меня просто бесило, что разговор с сестрой вертится вокруг риторики алхимиков, но лучше уж так, чем молчание последних нескольких месяцев. В глубине души мне ужасно хотелось поговорить с ней так, как мы говорили прежде. Мне хотелось вернуть прошлое. Хотя Зоя и смягчилась немного, прежняя наша близость исчезла.
– Жалко, что у нас так мало времени, – сказала я на автостоянке, когда мы уже готовы были расстаться. – Мне о стольком хотелось бы с тобой поговорить!
Зоя улыбнулась, и искренность этой улыбки согрела меня. Возможно, расстояние, разделяющее нас, все же преодолимо.
– Мне тоже. Извини за то… ну, за то, как оно было. Я надеюсь, что вскорости мы сможем побыть вместе. Я… я соскучилась по тебе.
От этих слов я чуть не расплакалась, как и от объятий сестры.
