Головная «тридцатьчетверка» исчезла под грудой балок и кирпича, вторая машина успела выскочить.
Не менее половины взвода осталось под развалинами. Остальные бойцы убегали от летящих обломков, некоторые были контужены. И сразу открыли огонь из соседних домов.
«Тридцатьчетверка», сумевшая уцелеть при взрыве, прижималась к стене и вела огонь из орудия. Сноп искр разлетелся на лобовой броне, немецкий снаряд отрикошетил. Башня развернулась в сторону вспышки, которую успели засечь танкисты.
Из окна первого этажа стреляла 50-миллиметровая противотанковая пушка.
К сорок четвертому году их в основном заменили на 75-миллиметровые. Но в условиях уличного боя эти легкие орудия действовали довольно эффективно. Тем более для них были разработаны усиленные снаряды, способные пробивать на дальности двести метров шесть-семь сантиметров брони.
«Тридцатьчетверку» спас наклон лобовой брони, от которого снаряд отрикошетил. Экипаж машины, дважды за четверть часа избежавший гибели, действовал быстро. Оба пулемета вели огонь длинными очередями, сбивая немецким артиллеристам прицел.
Второй снаряд прошел мимо, зато не промахнулся наводчик танка. Десятикилограммовый фугас влетел в окно и, взорвавшись в тесном пространстве комнаты, смял пушку и уничтожил почти весь расчет.
Пехотинцы из десантных взводов швыряли в окна гранаты и врывались внутрь домов, где бой шел на каждом этаже. Капитан Бобич со своими десантниками очистили первый и второй этажи, но продвижение вверх застопорилось.
Немцы взорвали лестничный пролет, перегородив путь.
Трое десантников попытались перебраться по перилам. Молодой немец шагнул из двери и несколькими очередями опустошил магазин. Один из десантников сорвался вниз, двое раненых с трудом выбирались из опасного места.
Немец без каски во френче с засученными рукавами, с демонстративным хладнокровием перезарядил автомат, собираясь добить раненых.
– Ах, ты, гаденыш! – вскинул «ППШ» капитан Бобич.
Очередь прошла на уровне пояса, переломила самоуверенного солдата. Он ворочался возле двери с перебитым позвоночником и звал на помощь.
Раненый десантник сорвался вниз и повис пробитым телом на прутьях арматуры. Третьего десантника, одного из «старичков» роты, немцы добили гранатами.
Андрей Минаев, ординарец Бобича, застыв, смотрел на исковерканные взрывами гранат тела. Лестничный пролет и стены были забрызганы кровью. На лица погибших густой маской налипла известка, превратив их в мумии. Ординарец попятился и длинными очередями выпустил вверх остаток диска.
