«Пантеры» выпускались в массовом количестве. По разным данным, на советско-германском фронте действовало к лету сорок четвертого года четыре тысячи «пантер».
Сравнительно новым и довольно эффективным оружием были противотанковые самоходные установки «хетцер» с сильной броней и длинноствольной 75-миллиметровой пушкой. К сорок четвертому году в немецкой армии состояло на вооружении большое количество штурмовых орудий.
Зачастую они создавались на базе устаревших танков, но пушки и приборы наведения позволяли пробивать броню наших «тридцатьчетверок» за километр и более.
Нельзя забывать, что немцами широко использовались кумулятивные снаряды, самые эффективные по бронепробиваемости. К сожалению, таких снарядов в арсенале советской артиллерии не было.
И заканчивая тему противостояния, следует заметить, что, несмотря на возросшую мощь Красной армии, ее многочисленные победы, моральный дух и дисциплина в немецких войсках оставались на высоте.
Крылатая фраза «Немец уже не тот. Битый, пуганый!», которую любили повторять политработники и не слишком дальновидные командиры, не соответствовала истине.
Да, немец был уже битый. Но мощная пропаганда, целое поколение, воспитанное в духе нацизма, убежденность многих солдат, что русские идут уничтожать Германию, играли свою роль.
Летом сорок четвертого года немцы по-прежнему дрались ожесточенно, и недооценка их морального духа порой оборачивалась серьезными просчетами. Врага нельзя недооценивать – эту истину высказывали еще в Древнем Риме.
Ко времени операции «Багратион» это понимали большинство советских военачальников, простых офицеров и солдат. Поэтому уже через неделю после начала наступления наши войска приближались к Минску.
Танковая бригада, проломив немецкую оборону возле небольшого городка Жодино, ушла вперед. Танкисты торопились развить успех, от них не отставали штурмовые батальоны на грузовиках.
Но как это нередко случалось, немцы, собрав резервы, снова сомкнули оборону.
Тем более многие укрепления сохранились. Гаубичный дивизион вел огонь по траншеям и огневым точкам, расположенным на невысокой лесистой гряде.
К ним присоединились две батареи трехдюймовых дивизионных пушек и минометы. Над грядой расплывалось облако дыма. Разрывы снарядов и мин подкидывали в воздух фонтаны земли, обломки бревен и расщепленные шпалы."
"Командир стрелкового полка Орлов стоял рядом с Тюльковым, наблюдая в бинокль, как взрывы рушат траншеи.
