Убедившись, что через плотное кольцо не прорваться, решили спрятаться в лесу и переждать облаву.
Один из партизан обнаружил в старом большом дубе дупло. Пошарив внутри веткой, убедился, что там могут поместиться двое. Самые молодые из этой группы, парень и девушка, были жених и невеста. Обоим недавно исполнилось по семнадцать лет.
Партизаны постарше убедили их спрятаться в дупле, хоть какой-то шанс выжить. Девушка боялась лезть в дупло, плакала, но согласилась.
– После облавы выберетесь или мы за вами придем, – убеждали их товарищи.
Дурные предчувствия девушку не обманули. Оба спутника были обнаружены карателями и после короткого боя взорвали себя гранатами. В бою были убиты двое эсэсовцев. Немцы привезли на место боя десятка полтора жителей села Ольховники и сожгли их вместе с телами партизан из огнемета.
Эту страшную сцену видел парень. А девушка слышала отчаянные крики. Молодую пару немцы не обнаружили. Но, провалившись в глубину дупла, они никак не могли выбраться.
Парень сломал нож, пытаясь расширить отверстие.
Молодая пара продержалась трое суток. Можно только гадать, какие мучения они испытали. Оба предпочли бы принять смерть в бою, чем остаться наглухо замурованными в тесноте темной норы.
На крики о помощи никто не отзывался. Весенний лес был пуст. Жителям деревень строжайше запрещалось покидать свои подворья. Тогда умирающая от жажды, сдавленная наглухо, семнадцатилетняя пара застрелилась из нагана.
В короткой записке они кое-как вывели слова прощания с родными и просили отомстить за них.
Мертвые тела парня и девушки обнаружили спустя время по запаху разложения. Но до прихода Красной армии трогать не решались – это грозило расстрелом. Когда село после боя заняли наши войска, жители рассказали эту историю.
На следующий день особист Артюхов вместе с представителем прокуратуры, партизанами и местными жителями ездили на это место. Составляли акт о зверствах оккупантов. Затем останки партизан и сожженных жителей привезли в село.
Артюхов, крепко выпивший с партизанами, рассказал увиденное офицерам.
И зло добавил, обращаясь к подполковнику Тюлькову:
– Жаль, что тех пятерых пленных эсэсовцев на месте не постреляли! Глянул бы ты на сожженные тела и на то, что от парня с девчонкой осталось после двух месяцев в дупле. Ни лиц, ни глаз… А обоим по семнадцать лет было!"
"– Я много чего за три года войны насмотрелся, – невозмутимо ответил командир полка. – А эсэсовцы случайно в плен угодили.
