Мне правда тяжко видеть красавицу, засунутую в столь скучные шмотки. Но она от моего приказа просто багровеет.
— Разве одежда так важна? Я что, неприлично выгляжу? Может быть лучше вы мне расскажете о моих обязанностях? Я могу, наконец, приступить к ним? Чтобы сбежать в конце концов поскорее отсюда… — последнюю фразу Настя произносит едва слышно, почти шепотом, явно для себя. Но у меня хороший слух.
Что конкретно невыносимо, я не стал уточнять, понимая, что Настя на грани. Принял решение сбавить тон, и отстал от девушки, переключившись на разглядывание россыпи веснушек на ее носу, которые придавали особенное очарование ее красоте.
Ингрид ставит перед нами тарелки с геркулесом, ворча себе под нос, что я совсем замучил девочку.
— Ты правда так считаешь? Еще кто кого замучил, — бурчу недовольно.
— Что сказ Ингрид? — спрашивает Настя, которой видимо неуютно, когда в ее присутствии общаются на незнакомом языке.
— Что ты ужасный работник, нельзя так с шефом.
— Правда?
— А то. В Голландии все женщины очень послушные.
— Да что вы говорите. А я, значит, скандалистка?
— Именно. И бунтарка.
— Ну, знаете ли…
— Вы будете кофе? — спрашивает Ингрид.
— Нет, спасибо, зайдем в кофейню.
На углу моего дома чудесное местечко, обожаю тамошние купажи. Непередаваемый аромат и вкус, которого не могу добиться дома, даже имея кофемашину последней модели немецкой фирмы.
— Пойдем, ты готова? — обращаюсь к Насте.
— Куда?
— На работу.
— Да, конечно.
На самом деле, я не представляю, что за работу ей можно поручить… Не официантки же в одном из своих заведений… Да и вообще, не для этого я ее привез сюда.
У меня сегодня опять несколько встреч и куча дел, но как же хочется просто побродить с Настей по городу, увидеть свой родной Амстердам ее глазами.
Глава 15
— Зайдем, — показываю ей на кофейню. — Здесь великолепный кофе.
— Хорошо…
— Спасибо.
— За что?
— За то, что не споришь со мной.
Мы взяли два латте навынос и отправились в ближайший парк. Отпив кофе, Настя поднимает голову, подставляя лицо солнечным лучам.
Мне безумно нравится ее вид — спокойный и счастливый, слегка возбужденный от новых впечатлений. Даже строгие и неуместные шмотки не могут ее испортить.
— День просто великолепный! Тут невероятно красиво… хочется обойти весь город пешком…
— Ты можешь это сделать.
— Нет… я же работать должна…
— Могу сделать тебя курьером, тогда придется поневоле обойти все, — говорю шутливо.
— Да я с радостью. Серьезно, Людвиг, я хочу работать.
