Ты меня не пужай, ясно? Я что прикажу, то она и сделает. Полностью вину на себя возьмет.
Я озвучиваю цифру, приблизительно переведя в рубли, и у женщины круглеют глаза.
— Ну и врун же ты, милок. Да где видано шоб вино столько стоило! Ты это, цену то себе не набивай. Ты мне еще приплатить должен. Ведь Настька мне очень дорога. И помощница. Мы с тобой прям контракт составим, ясно? Я в книжке про такое читала. Ох, удобная вещь. Все прописываешь и в шоколаде. А если что не так…
Мне омерзительна эта ситуация. Никогда никого не покупал.
То есть, конечно, на меня работает куча людей, за деньги. И любовницы у меня исправно получают шмотки-цацки. Но вот так… чтобы беспомощную девочку толкали неизвестно на что из-за бутылок вина… Пусть и очень дорогих. Которые и на срок потянуть могли бы.
А потом мысль — может для этой, якобы невинной малышки, все не впервой? Может она лишь выглядит такой несчастной и беззащитной? Уж больно быстро сообразила тетка. И вчерашний танец в ночном клубе. Разве невинные девочки танцуют? Слишком много совпадений.
Похоже на тщательный сценарий. Но чей? И для чего?
Все равно, какие бы подозрения не бродили в моей больной голове… я понимаю, что пойду на это. Потому что желание слишком велико. Кем бы ни была эта Настена, я ее поимею.
В конце концов — какого черта. Девица проходит кастинг в стриптиз клубе, где танцовщицы не гнушаются подработкой в виде проститутки. Сам я не пользовался никогда услугами таких женщин. Мне и других хватает. Я люблю вышколенных профессиональных любовниц.
Есть такая профессия. Они не проститутки, хоть и знают, что отношения рано или поздно закончатся. Разница только в том, что дорого берут. И полны достоинства. Мне это ближе.
Никогда не покупал просто секс, даже в голову не приходило. И вот сейчас, оказался в этой идиотской ситуации. Что со мной такое? Рубеж? Мне тридцать пять, и вдруг решил попробовать нечто новое?
Или всему виной чертов танец? Я конечно тогда крепко возбудился. В тот момент не мог ни о чем другом думать, засело в голове купить именно эту танцовщицу.
Но мне отказали. Любую, но только не эту. Стажерка. Еще не умеет, не знает ничего. Отмазывались, как только могли. Вспомнил, как в ушах шумело, член каменный и похер на все их уговоры. Ушел злой как черт из клуба, надрался…
Но второй раз я эту нимфу, плывущую таким неожиданным подарком мне в руки, не отпущу.
— Итак, вы хотите продать мне вашу племянницу, — произношу прямо. — Чтобы она отработала ущерб около миллиона рублей.
