Я наблюдала за тем, как Шевц читает сообщения и поражалась, как на глазах менялось его лицо. Взгляд исподлобья, заостренные скулы и звериный оскал. Поежившись, обхватила себя руками.
– Андрей, дуй в офис, – скомандовал он в трубку, – я буду через час.
Встал из стола и даже, не глянув на меня, решительным шагом пошел на выход. Но вдруг резко остановился и повернулся. Приблизился и, нависнув надо мной, взял двумя пальцами мой подбородок.
– Из дома ни ногой. Ни с кем не разговаривать. Никому не звонить. Ждать меня… – провел большим пальцем по нижней губе, – поняла?!
– Поняла… – беззвучно ответила я.
"
"После его отъезда быстро поужинала на кухне и скрылась в своей комнате. Мне было так страшно, что я даже свет боялась зажигать. Так и сидела в темноте на подоконнике, терзая пальцами свои локоны.
В доме царила тишина, и это угнетало еще больше. Напоминала затишье перед бурей. Уже ближе к полночи я услышала, как из гаража выехал джип. Выглянув в окно, увидела, как из пристройки, в которой по обыкновению обитают охранники, выбежали двое.
Хлопнули двери внедорожника, и он газанул в сторону открывающихся ворот.
Внутри меня все сжалось от дурных предчувствий. Случилось что-то серьезное. Опять из-за меня могут пострадать люди. Я металась по комнате, не находя себе места. Все время смотрела на часы, а он все так и не приезжал.
К трем часам у меня уже не оставалось сил. Нервы были на пределе, губы искусаны в кровь. Свернувшись калачиком поверх одеяла, лежала и плакала.
Но, вдруг, залаяли собаки. Мое окно пробил свет фар.
Приехали! Я припала к окну и увидела, как во двор въезжают два джипа. Это точно они! Я улыбнулась, размазывая слезы по щекам, и хотела уже бежать вниз, как услышала в коридоре тяжелые шаги.
– Ольга… – он встретил меня на пороге.
Весь взмыленный, с высоко вздымающейся грудью, напирал на меня, подталкивая спиной к кровати.
– Что произошло? – прошептала я.
– Потом, – легонько толкнул меня на матрас и начал стягивать с себя футболку.
Да, он был одет не в привычный для меня деловой костюм, на нем были темная футболка и черные джинсы.
У меня во рту пересохло от зрелища, которое я сейчас наблюдала. Он так эротично стянул футболку, что у меня между ног запульсировало. Подушечки пальцев зачесались от того, как захотелось прикоснуться к нему.
Расстегивая ремень, Шевц не отводил от меня взгляда. В кромешной тьме глаза казались двумя черными провалами, что пожирали, затягивали в свой омут.
Мое дыхание сбилось, лиф платья стал невыносимо тесен.
