Я битый час вертела в руках телефон с его именем на экране и никак не решалась нажать на «позвонить». Вроде, и повод веский, а все равно страшно. Боялась нарваться на грубость или очередную уничижительную реплику. Но, с другой стороны, у меня ведь важная информация, имеющая непосредственное отношение к самому Шевцу.
– Да? – он ответил на втором гудке, наверное, держал телефон в руке.
– Дима, ты приедешь сегодня?
– А надо? – понизил голос, и у меня тут же мурашки побежали по коже.
– Надо… Нам поговорить надо.
Это важно, – я старалась говорить убедительно и, по возможности, спокойно.
– Буду в семь, – ответил он и сбросил вызов.
Отлично. Оставалось занять себя чем-нибудь два часа, чтобы не сгрызть до мяса ногти.
Перебрала вещи в шкафу, на всякий случай, отложив в сторону те, в которых я сюда приехала. Потому что уезжать планировала в них же. Поболтала с Тати. Она похвасталась, что у ее Пупсика случился инсульт. Попросила помочь выбрать траурное платье, на случай, если «не» дай Бог, он помрет.
Дима приехал ровно в семь, как и обещал. Я выждала в комнате минут пятнадцать, взяла ноутбук и пошла вниз. Сидеть и ждать, когда он сам ко мне придет, не было ни сил, ни желания.
Нашла его в кабинете.
– Я войду?
– Входи, – я прошла и присела на стул напротив него, вероятно на тот самый, на котором вчера сидел Никита.
– Дима, ты сказал, что отпустишь меня, когда вернешься из командировки…
– Это твой важный разговор?.. – он откинулся в кресле и прикрыл глаза.
– Для меня это важно…
– Тебе здесь плохо?
Я замолчала, опустив глаза на нервно подрагивающие пальцы рук.
Да, плохо! Мне плохо рядом с тобой! Ты обижаешь меня грубостью, презрением, равнодушием. Ломаешь меня! Унижаешь! Рвешь сердце на части!
Вот что хотелось крикнуть ему в лицо, но я лишь молча жевала губу и теребила подол платья.
– Ты обещал…
– Обещал… – повторил он, потирая переносицу двумя пальцами.
Меня накрыла паника. Дима не собирался выполнять обещание. Обманул?!
– Зачем ноут принесла? – вывел из транса его голос.
– В твоем доме предатель, – глухо ответила я.
Он открыл глаза и подался ко мне через стол. Только сейчас я заметила, каким уставшим он выглядит. Будто не спал прошлую ночь.
– Поясни…
– Мне пишет кто-то, представляется «доброжелателем»…
– Показывай! – всю его расслабленность как рукой сняло. Он весь подобрался и превратился в самого себя. Решительного, жесткого, бескомпромиссного.
Глава 47.
