На меня он просто зашипел:
— Тихо, блин! Поняла?
Я просто кивнула в знак согласия.
Покончив со связыванием рук Натальи, Голубков полностью переключил свое внимание на меня. Он взял стул, уселся на него прямо напротив меня и, вперив в мое лицо свой ненавидящий взгляд, спросил:
— Ты кто?
— Я Татьяна Иванова, — честно ответила я, — могу паспорт показать, — и полезла в сумочку, якобы чтобы продемонстрировать документы Голубкову, а на самом деле чтобы достать ствол.
Голубков, однако, не поверил. Он рассмеялся мне прямо в лицо.
Более того, он прикрикнул:
— Руки!
Видимо, он имел в виду то, что мне не стоит лезть к себе в сумочку ради моего же здоровья и благополучия.
Я пожала плечами и снова приняла позу покорности судьбе.
— Так, где бабки, знаешь? — перешел к делу Голубков, удовлетворенно хмыкнув в ответ на то, что я подчинилась его приказу не дергаться и сидеть спокойно.
— Нет, — честно ответила я. — И вообще я слабо понимаю, о чем идет речь…
— Тебе объяснить, что ли? — угрожающе надвинулся на меня Голубков.
— Если с помощью пистолета, то не надо, — я по-прежнему пыталась сохранить спокойствие. — Если вы меня так же оглушите, — я кивнула на лежавшую рядом связанную Заманихину, — то будете искать свои деньги в одиночестве. А так — я, может быть, помогу… Если вы объясните, конечно, в чем дело.
Голубков некоторое время молчал, переваривая мои слова.
— Так, я вижу признаки интеллекта, — наконец произнес он.
«Спасибо, лучшего комплимента мне в жизни не делали!» — внутренне прокомментировала я, предпочтя вслух вообще ничего не говорить.
— Я знаю, что ты здесь не слу-чай-но! — зловеще произнес он по слогам. — Ты здесь совсем не случайно! Совсем не случайно! Ты расследуешь смерть одного человека. А он, этот человек, очень мне нужен… И поэтому ты здесь не случайно.
— Что же вам от этого человека нужно? — спросила я.
— А ты не догадываешься? — по-прежнему сохраняя зловещий тон, спросил Голубков. — Бабки нужны, которые он у меня спер!
— Но это не я убила этого человека, если, конечно, вы имеете в виду некоего Сергея Перфильева…
— Его, его, — закивал Голубков, трясясь от злобы.
— Если даже я и расследую его убийство, то понятия не имею о деньгах! — сказала я.
— Понятно, понятно, — пробормотал Голубков. — Значит, не знаешь, где деньги, да?"
"— Не имею понятия, — почти не слукавила я.
— А вот я думаю, что они здесь, — медленно проговорил Голубков, поднимаясь со стула.
— Ну, тогда и ищите их здесь, — пожала плечами я.
