— Я говорила… — Слова не идут, когда моя рука начинает исследовать ее талию, живот, верхнюю часть тонкой майки. Она сглатывает. — Я же говорила, что не отвлекаюсь.
— Да, — мои пальцы начинают вычерчивать ленивые круги вверх и вниз по ее боку, — и я могу поклясться, что ты постукивала левой ногой, когда говорила это. — Я наклоняюсь еще ближе и шепчу ей на ухо: — И мы оба знаем, что это означает, что ты лжешь.
Правда в том, что это я вру. Ее нога — последнее, на что я обращаю внимание. Но тем не менее я знаю, что она лжет, и собираюсь это доказать.
— Ну, — прочищает она горло, пытаясь сосредоточиться на словах, а не на моих пальцах, — ты ошибаешься. — И с этим неуверенным замечанием она поднимает свой лук и натягивает тетиву.
Я медленно обхватываю ее за талию и провожу другой рукой от костяшек пальцев, изогнутых вокруг тетивы, до ее напряженного плеча. Ее тело по-прежнему прижато к моему, и я чувствую, как дрожь пробегает по позвоночнику, когда мои пальцы медленно танцуют вверх и вниз по ее руке.
Я улыбаюсь ей в ухо, и я знаю, что она тоже это чувствует, так как раздраженно хмыкает.
Я чувствую, как она делает глубокий, дрожащий вдох, пытаясь успокоиться, взять себя в руки. А потом она стреляет. Я хихикаю ей в ухо, когда стрела летит дальше всех от цели. Она поворачивает голову так, что наши лица оказываются в нескольких сантиметрах друг от друга, и хмурится на меня. Меня это забавляет, и я улыбаюсь, позволяя своим глазам блуждать по ее лицу, ловя каждую слабую веснушку и темную ресничку, обрамляющую ее голубые глаза.
Потом эти океанские глаза отрываются от меня, когда она снова поворачивается к мишени, набирая очередную стрелу. Но она не пытается вырваться из моей хватки. Она слишком упряма. Если она сейчас сделает шаг, то это лишь докажет, насколько сильно я ее отвлекаю.
Поэтому она накладывает следующую стрелу и дышит, пока ветерок раздувает прядь серебристых волос у ее лица. Я протягиваю руку и осторожно, медленно, заправляю ее за ухо, шепча ей: — Почему ты стреляешь левой рукой? Это случайный вопрос, заданный для того, — чтобы отвлечь и удовлетворить мое любопытство.
Она делает глубокий вдох, прежде чем ответить: — Ты поверишь мне, если я скажу, что это потому, что я хотела быть полегче с тобой?
Я смеюсь, качаю головой и кладу подбородок ей на плечо. — Лгунья. Ты никогда бы не стала со мной церемониться."
"— В этом ты прав. — Она выдыхает дрожащий смех.
