Она делает паузу, обдумывая свой ответ. Затем ее взгляд устремляется на меня. — Если я была обречена на смерть, это не значит, что я хотела проклясть и тебя. — Ее глаза блуждают по мне, и я наслаждаюсь ее взглядом.
А потом она отстраняется.
Ее руки снова лежат на моих плечах, жесткие и упрямо неподвижные. Затем ее глаза устремляются в небо, предпочитая смотреть на звезды, а не на меня. Она вздыхает через нос, молча собираясь с силами.
И я делаю то же самое, пытаясь взять себя в руки после того, как она отстранилась.
Да, мы противники. Да, я — будущий Энфорсер. Да, я — убийца, который не имеет права хотеть оставить ее у себя. Но есть что-то еще, что-то, что заставляет ее отказываться признать эту непонятную связь между нами.
Чума, я злюсь, что признался в этом самому себе."
"Мои маски все еще наготове, мои стены все еще на месте, но она медленно разрушает как мои фасады, так и крепости. И я внезапно злюсь на себя за то, что позволяю себе это. За то, что позволяю себе заботиться.
За то, что позволяю себе думать о ней иначе, чем о моей сопернице.
Потому что она ясно дала понять, что это все, чем я для нее являюсь.
— Кай, — тихо говорит она, и звук моего имени на ее губах вырывает меня из раздумий. — Я…
Мягкий женский голос обрывает ее слова. — Извините, что прерываю, но у вас обоих есть то, что мне нужно.
Глава 29
Пэйдин
Голос раздается вокруг нас. Мы с Каем отпрыгиваем друг от друга, инстинктивно поворачиваясь, чтобы прижаться спинами друг к другу. Я щурюсь в тусклом свете, где начинают вырисовываться очертания высоких темных фигур.
В темноте раздается неохотный вздох, усиленный множеством окружающих нас тел.
Мы в ловушке.
Все они делают размеренный шаг вперед, заключая нас в клетку из человеческих тел. Десятки ореховых глаз мерцают в свете костра, темные волосы и кожа блестят.
Сэйди.
— Все, что мне нужно, — это ваши ремешки, и я отправлюсь в путь. — И тут она почти улыбается, оглядывая свои копии. — Ну, мы отправимся.
Кай вздыхает, похоже, раздраженный всем этим.
— Ты знала, что мы не отдадим тебе наши ремешки, и все равно прервала нас.
— Ладно, — отрывисто говорит Сэйди. — Тогда отдайте мне один ремешок, и никто не пострадает.
Я бросаю взгляд на свой лук, лежащий в нескольких футах от меня — в нескольких футах от меня и за стеной Сэйди. У меня нет ни одного оружия, которым я могла бы защититься, и я никогда не чувствовала себя такой незащищенной. Как будто меня раздели догола.
