Я почти ощущаю призрак отцовского кинжала у своего бедра, и мне больше всего на свете хочется, чтобы он был здесь, со мной.
Несколько взглядов ореховых глаз мелькают между нами двумя, все еще стоящими спина к спине, прежде чем остановиться на моих. — Я не хочу причинять тебе боль, но я сделаю это, если дело дойдет до этого. — Она делает паузу, и ее голос становится ровным, бесстрастным: — Я сделаю это, если это будет означать, что я выиграю.
Я уже готова открыть рот и ответить, когда мозоли на пальцах сжимают мою руку за спиной.
Я чуть не дергаюсь от неожиданности, но Кай разжимает мой кулак, вдавливая что-то прохладное и твердое в мою ладонь, а затем загибает мои пальцы вокруг него. Затем, так же быстро, его рука исчезла.
Эта штука вгрызается в мою кожу, заостренные края пронзают ее. Я пытаюсь сдержать улыбку, когда понимаю, что он мне дал.
Оружие. Он дал мне шанс на борьбу.
Пусть небольшой, но все же это оружие. Я сжимаю метательную звезду в кулаке, не заботясь о том, что острые края могут проколоть мне кожу.
Этот маленький предмет может стать разницей между жизнью и смертью.
Единственное оружие Кая — меч, пристегнутый к поясу, но, впрочем, он и сам — оружие. Удивительно, что он не почувствовал, как к нам подкрадывается сила Сэйди, но я не могу его винить, учитывая, как я была отвлечена его руками, его словами с тайным смыслом, моим учащенным сердцебиением, когда он подходил слишком близко.
Я делаю глубокий вдох.
Давайте разберемся с одной проблемой за раз.
— Тогда, полагаю, тебе придется причинить мне боль, если ты надеешься заполучить мой ремешок, — выдыхаю я, глядя на множество Сэйди, которые делают медленный шаг вперед.
Она качает головой, как бы разочарованная моим решением. — Хорошо. Но не говори, что я тебя не предупреждала.
И вдруг она оказывается передо мной, приставив острие короткого кинжала к моему горлу. Не успело еще сердце стукнуть, как она выдернула мою руку и прижала меня спиной к своей груди. Лезвие, которое она все еще держит у моего горла, с каждым неглубоким вдохом все глубже погружается в мою плоть.
— Я попрошу еще раз. Голос Сэйди резкий, совсем не похожий на тот мягкий тон, к которому я привыкла. — Отдай мне свою кожу, Кай, или я перережу ей горло.
Принц моргает, глядя на происходящее перед ним, и выглядит совершенно невозмутимым.
Он знает, что я могу о себе позаботиться, и хотя мне это льстит, в данный момент его помощь мне не помешает.
