Но пора бежать, я тут проездом, ваш «родич» позвонил моему, и я, поскольку отдыхал здесь, пришёл. Мог бы и не прийти, если бы меня здесь не было. Ещё вопросы есть?
— Сотня! — опомнился Прохор, готовый бесконечно слушать рассказы ДД о походах в Бездны.
Дуа-Дуа взмахнул руками, начиная раскачиваться, корчить рожи и кудахтать, как курица; по-видимому эта метаморфоза означала у здешних обитателей смех.
— Любознательность — вещь полезная, до тех пор пока она не становится опасной для окружающих. Обещаю ответить на ваши вопросы в более привычной обстановке.
Откуда-то прилетел глухой подземный гул.
Холл здания, пол, колонны и кресла потрясла крупная вибрация.
Все разговоры вокруг смолкли, снующие челноками и потоками пешеходы замерли, вытянув шеи.
Гул закончился длинным затихающим стоном, будто под землёй скручивали металлическую раму, и всё стихло.
Движение вокруг колонн возобновилось, послышались залпы восклицаний, птичий гомон, толпа забурлила с новой силой.
— Война, к сожалению, идёт и здесь, — погрустнел Дуа-Дуа, поднимаясь.
— Изредка на столицу падает ракета, либо террористы устраивают скалотрясение. Иногда это заканчивается печально. Столицу уже несколько раз переносили.
— Столицу чего? — Прохор тоже встал. — России?
— В этом мире нет России, ну или она называется здесь иначе — Дориана. Местная метавселенная космосом не является, из Вечного Океана под нами растут гвари — скалы, на вершинах которых и появилась жизнь.
— А что значит — столицу переносили?
— Гвари способны выдержать землетрясение около семи баллов по нашим земным оценкам, но иногда они не выдерживают.
Спасательные службы здесь развиты хорошо, успевают эвакуировать большую часть населения. Но не всех. До встречи в родном числомире, Прохор Кириллович. Ждите известий.
Дуа-Дуа повернулся и растворился в толпе горожан, спешащих куда-то по своим делам. Хотя что они искали в здании, было непонятно. На гостиницу или на какое-то учреждение оно походило мало, скорее — на профилакторий или больницу. Но так ли это на самом деле, узнать было не у кого, а рыться в памяти «родича» не хотелось, он мог пострадать.
— Домой, — вслух произнёс Прохор, с облегчением покидая мир, порождённый десятизначным числом Армстронга. Мир был, безусловно, интересен и необычен, но жить в нём Прохор не согласился бы ни под каким предлогом.
Старые кониВ Кострому они поехали рано утром.
Звонить Волкову, майору ГРУ в отставке, из Вологды Саблин не стал, посчитав такой подход несерьёзным.
