— Подождут, я всё улажу.
Устинья нерешительно сморщила носик, встретила понимающий взгляд Прохора.
— Вы что-то недоговариваете.
— Доберёмся до отеля, поговорим. Ничего особенного, — успокоил её Прохор. — Есть кое-какие проблемы, но они вполне решаемы.
Саблин искоса посмотрел на друга, однако возражать не стал. По его мнению, пугать Устю какими-то Охотниками, гоняющимися за Прохором из другого измерения, не стоило.
Доехали до кемпинга, расплатились с водителем.
— Я сейчас договорюсь с ребятами на вечер, мы будем разбирать сегодняшние полёты, и вернусь.
— Устя умчалась к подъехавшему фургону команды.
— Нам придётся рассказать ей о Прохоре-11, — рассеянно пробормотал Прохор, провожая девушку глазами.
— Я только что хотел предупредить тебя, — ответил Саблин, — чтобы ты не вздумал сообщить ей об этом. Усте ни к чему знать о существовании «родичей» из других измерений.
— Будет хуже, если мы случайно проговоримся и она поймёт, что всё не так просто.
— Мы?
— Ну я. Да и Охотники могут объявиться поблизости или того хуже — вселятся в неё.
На мой взгляд, ей нужно аккуратно рассказать всё, в пределах необходимого.
Саблин подумал, разглядывая толпу туристов.
— Может, ты и прав. Сам соображай.
Прибежала Устинья, счастливая и радостная.
— Всё, договорилась, до вечера я свободна, как ветер. Куда идём?
— Сначала покажем, где мы поселились, — взял её за руку Прохор. — Потом пойдём обедать.
— Обедайте без меня, — отказался Саблин, берясь за айком, — у меня дела.
Встретимся часа через полтора, освобожусь, позвоню.
Он заговорил по мобильному и отошёл.
Устя с сомнением посмотрела ему вслед.
— Неудобно получается…
— Не переживай, Дан деликатный человек, он просто дал нам время побыть вдвоём.
— Вот поэтому и неловко."
"Они вошли в двухэтажный, с деревянными полуколоннами, вделанными в стены, отель, возле которого царила суматоха: подъезжали и отъезжали машины, толпами входили и выходили туристы, слышалась разноязычная речь, шутки и смех.
Прохор открыл номер, пропустил Устю.
— Конура, — сказала она, разглядывая убранство крохотной комнатушки, где едва умещались две односпальные кровати, столик, тумбочка и стул. Окно номера выходило на близкий лес и горы, поэтому гостей кемпинга видно не было, слышался лишь их приглушённый говор сквозь дверь.
Прохор остановился, отмечая гулкий голос сердца.
Устя оглянулась.
— Что стал? Будешь переодеваться?
Он продолжал смотреть на неё, не двигаясь.
